Агапея знала из рассказов подруг, что парни часто уже в первый вечер знакомства пытаются если не сунуть руку под юбку, то по крайней мере лезут целоваться. Поведение Михаила напрочь отмело любые сомнения, которые ещё роились в её мозгу, и восхитило очарованную девушку. Она вышла из машины и, прежде чем захлопнуть дверцу автомобиля, сказала:
— Мне тоже было очень приятно узнать тебя поближе. Пока. — И мило улыбнулась на прощание.
Бабушка не спала и, конечно, ждала каких-нибудь подробностей от внучки о новом знакомом. Агапея, естественно, поставила её в известность о предстоящем свидании, чтобы не заставлять зря волноваться.
— Мамочка, ты совершенно зря переживала. Он просто военный и никакого отношения к полиции не имеет. И ты знаешь, он даже не полез целоваться…
— А что в этом странного? Твой дед меня поцеловал только через два месяца после знакомства и тут же повёл в загс как честный парень.
— Ну, мне девчонки всегда рассказывали, что все парни современные так делают, и даже больше. А он только ручку поцеловал, передал тебе привет и пожелал спокойно ночи. Ты знаешь, я, оказывается, его совсем не знала. Это совершенно другой человек, в отличие от того бабника, которого я увидела со стороны четыре года назад.
— Дай-то бог, Агапушка. Дай-то бог.
Потом она пересказывала всё, о чём они говорили на свидании, о его стихах, об Омаре Хайяме, а бабушка в это время подрезала стебли роз и поставила их в вазу, предварительно набрав в неё воды.
— Очень красивые розы. Наверное, дорогие? — полюбовалась бабушка букетом, подошла к своей девочке, поцеловала в макушку и добавила: — Я рада за тебя, но всё же прошу не спешить с решениями. Красивое первое свидание ещё не повод влюбляться по уши. Присмотрись к нему ещё. Послушайся меня, доченька.
— Хорошо, мамуля-бабуля, я буду послушной девочкой. Но я так рада сегодняшнему дню, что хочется петь! — радостно сообщила Агапея и тут же обняла бабушку.
Ночью она долго не могла заснуть. В её кучерявой головке, словно карусель, крутились разные картинки первого свидания: его лицо, алые розы на столе, нежное прикосновение губами к её запястью. «А ведь у него красивый баритон. И ничего, что переносица перебита, он совсем не похож на безмозглого Кличко с его белиберденью на устах. Возможно, он не так начитан, как я, но умён и знает много из жизни, что делает его не менее интеллектуальным, чем любого аспиранта из университета. К тому же он силён и действительно способен защитить не только меня, но и бабушку. И то, что он вооружённый мужчина, просто прибавляет ему плюсов в период военных действий, идущих совсем близко от города. Он не отсиживается у компьютера и на деле доказывает, что патриот Украины. Как же я хочу его увидеть снова уже завтра! Он сказал, что будет занят на службе. Конечно, конечно. Он мужчина, и для него работа должна быть на первом месте. Я это хорошо понимаю и всегда приму как закономерность. Боже! Я уже заранее его начинаю понимать. Неужели я уже… Нет. Не может быть! Нет. Нет. Нет. Я же обещала бабушке, что ещё присмотрюсь к нему… Но ведь бабушка не узнает, если я самой себе признаюсь в этом. Я даже ему не скажу. Только самой себе. Тихонечко признаюсь, что я… что я… в него влюблена? Или… Ой, какая же я дурочка… С первого взгляда?.. С первого прикосновения?.. Ну, во-первых, не с первого взгляда. Я его знаю уже четыре года. И во-вторых, я очень в нём ошибалась. И мне теперь стыдно за свои нехорошие мысли и мнение о нём… А бабушка-мама обязательно его и полюбит, и примет в нашу семью… Она обязательно его примет в семью… Она обязатель…» — Агапея не заметила, как заснула с нежной, наивной улыбкой на лице. Если бы бабушка видела её в этот миг, то обязательно поняла, что девочка обрела счастье.
Наивное счастье беда стережёт…
Неделя длилась невероятно долго. Хуже нет состояния, когда ты ждёшь, а потом догоняешь упущенное. Сколько же много всего хорошего могло произойти с ней за эти семь дней, если бы он был всё это время рядом! Он, возможно, прочитал бы ей ещё много-много своих стихов, рассказал какие-нибудь интересные случаи из неизвестной ей окружающей жизни. Она могла бы узнать его ещё лучше, и обязательно только с самой замечательной стороны, чтобы прийти однажды домой вместе с ним и познакомить его с бабушкой-мамой. Наверное, они бы уже целовались, и не один раз. И это всё могло уже произойти за неделю, которую она просто провела в нетерпеливом ожидании его звонка.
«Семь дней упущенного счастья? Или кажущегося миража? Действительно, всё так быстро меня закрутило… Но ведь мне от этого хорошо, и я не хочу от всего, пусть даже немного надуманного, отказываться вдруг…» — в таких раздумьях пребывала Агапея, когда в её сумочке зазвонил телефон.
