– Габриэль! – закричала я, колотя по стеклу.
Он даже не взглянул на меня – просто продолжал идти, не сводя глаз с фигуры на тротуаре. Розоволосая женщина стояла на коленях и рыдала. Ее окружили три банши. Скоро кто-то умрет. Я снова ударила по стеклу:
– Габриэль, нет!
Он не услышал, зато банши услышали и уставились на меня темными глазами, оскалив острые зубы. Достаточно острые, чтобы разорвать шею.
– Габриэль! Пожалуйста!
Он направил на банши пистолет, и я уже знала, что произойдет дальше. Но не могла допустить, чтобы это повторилось. Просто не могла. Я швырнула свои чувства на улицу, нащупывая страх трех банши. Пистолет напугал их, но недостаточно. Я втянула темные щупальца их страха в себя – так, что они закружились словно в водовороте и забарабанили по ребрам, – а потом обрушила на банши ураган чистого ужаса.
Вытаращив глаза, они бросились наутек, Габриэль по-прежнему целился им вслед. Подпрыгнув в воздухе, три банши превратились в серебристых журавлей и взмыли в темное ночное небо, оставив Кассандру и Габриэля одних. Я облегченно вздохнула. Он выживет. Опустошенная, я наблюдала, как Габриэль подошел к Кассандре, поднял ее и обнял.
А потом я увидела, как она вцепилась зубами в его горло и разорвала. Кровь стекала по ее подбородку, глаза выглядели мертвыми.
– Нет!..
…Я села в постели с колотящимся сердцем. В ушах звенело от собственных криков. Ночнушка промокла от пота, тело била дрожь. Я обхватила колени, молясь, чтобы крики в голове прекратились.
Но они не прекратились.
Я зажала уши руками и осмотрелась. Серебристый лунный свет лился через окно эркера на выцветшие гобелены на стенах. В углу комнаты стояла старинная колыбель из красного дерева, украшенная резными листьями.
Из-за этих воплей мне ни за что не уснуть. Можно пойти на кухню и поискать какой-нибудь алкоголь или нектар…
Нет, плохая идея. Теперь у меня появилась цель, которая не предусматривала новую неделю запоя.
Я сбросила одеяло, прошлепала босыми ногами по деревянному полу к двери, открыла ее и шагнула в застеленный ветхим ковром темный коридор. Лишь тонкий луч из окна в крыше освещал путь. Проходя под ним, я посмотрела на необычайно ясное небо, на узкий лунный серп, мерцавший среди звезд.
Я шла дальше, и моя тень передо мной удлинялась по мере того, как окно в потолке отдалялось. В конце коридора я обнаружила большой зал с кроваво-красными стенами, который раньше не видела. В каменном камине тлели угли, плитки пола холодили ноги. На стенах висели портреты прекрасных фейри с рогами и крыльями. Я узнала одну – поразительно красивую белокурую фейри с каскадом воздушных крыльев за спиной. Женщину из воспоминаний Роана. Пламя в груди на мгновение угасло.
Какое-то движение в темном углу привлекло мое внимание. Я напряглась, силясь что-нибудь рассмотреть во мраке, но, узнав Абеллио, облегченно перевела дух. Он стоял у окна, глядя на улицу, а потом повернулся ко мне. Его голубые глаза сияли во тьме.
– Ночные кошмары – это ужасно, – тихо произнес он.
Я скрестила руки на груди, внезапно смутившись:
– Дай угадаю. Ты их чувствуешь? – Подошла к нему и тоже взглянула на темную лондонскую улицу.
– Да. Я чувствовал, как твои сны пульсируют сквозь стены. Комната Роана совсем рядом с твоей, и он хорошо скрывает твои эмоции. Но не может скрыть от меня твои сны.
– Почему?
Абеллио лукаво улыбнулся:
– Потому что я ем сны на завтрак. Таких, как я, фейри называют
– О… – Я захлопала глазами.
– Обычно я чувствую сны людей в соседних домах. Сны про работу, или как они опоздали на контрольную по математике… Твои сны намного… насыщеннее.
– Да уж… – Я обхватила себя руками. Абеллио видел меня в самом уязвимом состоянии и мог ощутить мои самые глубинные страхи, мой стыд, мои извращенные мысли. Господи, а если я увижу эротический сон о Роане, ведь рано или поздно это случится…
Я прочистила горло:
– Ты можешь… э-э… выключить это?
Он приподнял бровь:
– А ты можешь перестать питаться страхом?
– Нет.
– Вот и я не могу. Но не волнуйся: я не увижу, о чем твои сны, если только они не эротические.
Видимо, на моем лице так явно проступил страх, что Абеллио расхохотался.
– Да шучу я! Никакие твои сны я не вижу – могу только примерно представить, о чем они.
Я глубоко вздохнула. Что ж, ничего не поделаешь. Я – открытая книга для всех фейри вокруг. Рикс наслаждался моим страхом. Роан чувствовал мою похоть, и сегодня вечером я наградила его мощной дозой. Все находили мои пикси-эмоции либо интересными, либо насыщенными, либо изысканными. Теперь оказалось, что даже мои сны – открытая книга. Я задумалась, чем питаются остальные здешние фейри.
– Я ведь не разбудила тебя своими снами?
– Может, и разбудила бы, но я здесь не поэтому. Я в карауле. У нас всегда кто-то один на страже и не спит. Король в любой момент может узнать, где мы.
Крики в голове начали стихать. Присутствие Абеллио почему-то успокаивало. Наверное, дело в снах, которыми он питается.
– Вы караулите по очереди?
– Да. Но я чаще других. Ночью мне проще питаться.
