— Я не верил, — прошептал он. — Даже когда я увидел… когда разбудил всех, я правда думал, что та банши напала на неё, знаешь? Я разбудил Роана первым, чтобы он пошёл и помог. А потом появилась ты, банши сбежала, а она напала на тебя… а я всё ещё думал, что этому есть какое-то объяснение.
— Мне так жаль.
Он посмотрел на маленькую миску на столе с потухшей и наполовину растаявшей свечой внутри. Вокруг свечи лежали разбросанные кусочки пергамента. Сожжённое письмо.
— Она была
Он разжал ладонь, показывая мне клочок бумаги, который разорвал его мир на куски.
— Я нашёл это возле свечи. Она не уничтожила всё должным образом.
Я аккуратно взяла обрывок из его руки. Некоторые руны до сих пор можно было прочесть.
— Я видел, как она сжигает это, — он в неверии покачал головой. — Ранее вечером я зашёл пожелать доброй ночи и увидел, как она сжигает что-то. Она покраснела, когда увидела меня. А когда я спросил, что это такое, она сказала, что ничего, просто дурацкий стих про любовь, который она написала. Она иногда делала это, знаешь? Писала стихи. Но это не её почерк. Мне надо было догадаться.
— Ты не мог догадаться, — грустно сказала я. — Ты верил в свою сестру. Все остальные тоже верили.
— Да, — не сказав больше ни слова, он повернулся и пошёл прочь.
Я посмотрела на стол, затем начала обходить комнату, ища что-то, что выбивалось бы из нормы. Её коллекция кинжалов лежала в комоде среди одежды. Я глянула в зеркало, через которое следила за ней, и моё отражение выглядело измученным и вымотавшимся.
Я заметила, что на кровати что-то выглядывало из-под одеяла. Я отбросила покрывало и нашла конверт. Я взяла его и осмотрела. Он оказался пустым, безо всяких надписей. Я уловила слабый запах древесного анемона и травы. Я нахмурилась, поскольку запах был знакомым. Был ли это запах её куратора, банши, на встречу с которой она ускользнула?
Я больше ничего не нашла в комнате и, обыскав всё, оставила её пустовать.
На следующий день густое чувство печали повисло над особняком. Нериус остался в своей комнате с закрытой дверью и отказывался от еды. Мы с Эльрин почти не разговаривали, обе погрузившись в свои пузыри страданий. Понятия не имею, где были Роан и Абеллио, но я лишь могла предположить, что они участвовали в допросе Бранвен. Даже Один на удивление притих, лишь иногда каркая цитату из По.
Роан вернулся уже в сумерках, и его голос прогремел по особняку, призывая нас встретиться с ним в библиотеке. Толкнув дверь, я увидела его стоящим в центре пыльной, освещённой свечами комнаты и мрачно прислонившимся к книжному шкафу.
— Военный совет начнётся через час, — сказал он. — Я хочу, чтобы к моменту его начала вы четверо стояли на страже.
— Зачем? — сказала Эльрин. — Мы поймали шпиона. О чём ещё беспокоиться?
Роан встретился со мной взглядом.
— Бранвен могла передать информацию банши до того, как Кассандра добралась до неё.
Я кивнула.
— Не думаю, что она сумела сказать что-нибудь, но лучше перестраховаться.
— Какие позиции ты нам назначишь? — спросил Абеллио, покусывая свою перьевую ручку.
— Эльрин и Кассандра займут крышу. Кассандра, я хочу, чтобы ты смотрела на север. Наблюдай за каждой улицей в радиусе 500 метров к северу. Ты можешь это сделать?
— С зеркалами — конечно.
— Хорошо. Абеллио и Нериус, я хочу, чтобы вы следили за стеной сада к югу от особняка. Убедитесь, что с той стороны никто не придёт.
— Мы не можем вести слежку так хорошо, как Кассандра, — сказал Абеллио.
Отсветы свечей плясали на лице Роана.
— Наша ячейка — не единственная, кто сегодня будет на страже. Остальная часть периметра контролируется другими ячейками.
Напоминание, что мы не одни, пошло на пользу. На нашей стороне было много повстанцев.
Роан направился к двери, но потом повернулся к нам.
— Не покидайте свой пост, пока совет не завершится. Мы в одном дне от победы. Давайте не допускать ошибок.
***
К счастью, над нами по-прежнему висел безоблачный покров звёзд. Дождь наполнил бы эту ночь мучением. Мы с Эльрин оделись в свитеры и сели на крыше особняка, чтобы нести стражу. На черепичной крыше я разложила восемь зеркал, каждое из которых отражало звёздное ночное небо. Пока ветерок прокатывался по моей коже, я нащупала их отражения, отыскивая хорошие точки обзора. Постепенно зеркала мигнули и сменились картинками лондонских улиц.
— Это охватывает все точки, за которыми нам нужно следить? — спросила Эльрин.
— Думаю, да.
Она кивнула.
— Выглядит неплохо.
Мы сидели молча, глядя то на зеркала, то на тёмную улицу внизу.
Через несколько минут Эльрин показала на одно из зеркал.
— Смотри. Что это такое?
