Агнес на краю света полностью

Придётся позвать Чужаков.

Трусливая часть Агнес все еще хотела убежища в жизни, которую она всегда знала, и в Законах, которые она старалась любить так сильно. Но если Господь призвал её, игнорировать Его голос было бы опаснее, чем что-либо еще, ранее ею сделанное.

«Агнес, ты должна быть сильной».

Уложив детей спать, она закрылась в ванной и включила душ. Затем она скрючилась под раковиной, молясь, чтобы проточная вода перекрыла её голос.

Но телефон — черный прямоугольник с единственной кнопкой и запретным экраном — оказался коварнее. Агнес возилась так долго, что начала в нём сомневаться.

Затем в её сознании возник образ: Подземный Храм, погребенный на склоне холма. Конечная точка игр в Апокалипсис и кошмаров Иезекииля. Пророк всегда говорил, что когда чума и разрушение настигнут Чужаков, они уйдут глубоко под землю, чтобы дожидаться Божьей воли.

Но если Ред-Крик был ложью, они бы дожидались не Божьей воли, а воли Пророка.

В холодной темной ванной Агнес задрожала.

Она еще раз щелкнула пальцами по экрану и увидела, как он превратился в грубый квадрат ослепительного белого света. Прищурившись, она продолжила щелкать, иногда постукивая по экрану ногтем.

Как кто-либо использовал эти маленькие прямоугольники для греха, или чего-то еще, для какой цели? Может, она просто слишком отсталая? Слишком тупая, чтобы понять?

Внезапно, имя Матильды волшебным образом высветилось на экране. Ей нужно было только коснуться его кончиком указательного пальца, и телефон установил вызов.

— Алло? Агнес?

Голос не Матильды. А Дэнни.

Её щеки вспыхнули.

— Привет, — неловкая пауза. — Мне нужно поговорить с твоей мамой, пожалуйста.

— Она только закончила сорока восьми часовую смену. Она спит. — Его тон изменился. — В чём дело? У тебя неприятности?

«Никогда не говори с Чужаками. Относись к другому полу, как к змеям».

Агнес чуть не повесила трубку.

Было бы так легко сдаться сейчас. Закопать телефон и все её заботы в землю и выйти замуж за Меттью Джеймсона через две недели. С ним она бы жила в хорошем доме с его детьми и супругами и никогда бы больше не принимала тяжелых решений.

Просто сдаться, и стать снова покорной Агнес — это все равно, что погрузиться в теплую ванну.

И утопиться там.

Она перевела дыхание, вспоминая гудение. Нет, не гудение. Божий глас.

— Я убила пекари. Думаю, он был заражен. Вирусом, о котором ты мне рассказывал.

Молчание Денни напугало её. Пророк всегда говорил, что Чужаки эгоистичны и жестоки. С чего бы ему помогать ей?

— Жди меня, — сказал он. — Я скоро приду.

Агнес взяла с собой фонарик и две лопаты и отправилась на кладбище Кингов. Дожидаясь Дэнни, она то включала, то выключала фонарик, стараясь не представлять красно-мраморных животных, крадущихся к ней в темноте.

Она не смогла бы справиться с этим без помощи Бога.

«Твоё искусство — моё убежище; ты должен защитить меня от бед; ты должен окружить меня песнями освобождения».

— Песнями освобождения, — повторила она вслух, гадая, знал ли псалмопевец собственное пространство молитвы.

Дэнни встретил ее через час. Его размеры снова поразили ее… широкие плечи, огромный рост. Что-то внутри нее напряглось и сжалось, когда он встретился с ней взглядом. Она была так рада его видеть, что чуть не заплакала от облегчения. Но в его покрасневших, уставших глазах она сразу разглядела тревогу.

— С каждым днем становится все хуже и хуже, — объяснил он, пока они шли к опушке леса. — Этот вирус… говорят, такой пандемии еще не было. Она уже распространяется по всем континентам. Люди устанавливают военные контрольно-пропускные пункты. В наиболее пострадавших городах введён карантин.

Ей так много нужно было узнать.

— Что такое пандемия?

— Болезнь, которая распространяется по всему миру.

— Каким образом?

— Твой пекари… его кожа была красной и блестящей, верно? Как рубин?

Она кивнула, думая об Откровении, в котором святые кожи сияли, как драгоценные камни, но затем подавила эту мысль.

— Этот блеск создаётся крошечными нитями. Зараженная кожа выглядит гладкой, как мрамор, но эти нити щетинистые и острые, как бритва. Как акулья кожа. Если тебя порежут, ты заболеешь. Несколько дней лихорадки, и будешь точно такой же, как они… Будешь вынуждена заражать других, пока не найдешь Гнездо. Каждый вид может быть подвержен инфекции. Птицы, рептилии, люди — неважно. Все, что им нужно сделать — это ранить тебя.

Они подошли к опушке леса.

«Женщины, которые пойдут в лес, столкнутся с гневом Божьим».

Агнес застыла, не в силах сделать больше ни шагу.

— В чем дело? — Дэнни включил фонарик, осветив крепкие стволы сосен.

— Нам запрещено ходить в лес. Пророк говорит, что если женщины войдут в него, то Бог поразит их.

Он склонил голову набок.

— Ты в это веришь?

Она посмотрела на звезды, пытаясь найти дорогу в то место, где весь мир отзывался эхом сверкающих звуков. Пространство молитвы.