— Опять вы все перепутали. Он не маму уговаривал, а людей.
— Зачем?
— Как это зачем? Чтобы детей как возили этим паромом в Хробжицы, так и продолжали возить.
— Но я здесь не вижу никакого парома.
— Еще бы. Знаете, мне что-то холодно.
— Подожди минутку. Не смотри на меня, ладно? И придержи собаку.
Потому что Флокс снова разлаялся и изо всех сил рвется вслед за Агнешкой, которая за развесистым кустом шиповника надевает извлеченную из чемодана юбку. Насколько она сумела постичь оттенки собачьего языка — в сердитом лае Флокса звучит предостережение: внимание, идет чужой, мне он не нравится. Эх, щеночек, что ты можешь знать, никого здесь поблизости нету. После первых заморозков приду-ка я, пожалуй, сюда нарвать ягод шиповника на варенье. А может, сделать наливку? Искушение, конечно, но ведь только для гостей. Гости… когда же это будет и как — стоп, не расклеиваться, на некоторое время нужно вычеркнуть из памяти все, что было до сегодняшнего дня, и всех, всех.
— Бери, надевай это, не пойдешь же ты голый домой.
Когда мальчик поднялся с земли, его шатнуло и худенькое тело затряслось в недолгом приступе рвоты. Агнешка успела подскочить и поддержать его.
— Ну, все в порядке. А теперь попытайся шагать. Можешь?
Мальчик кивнул, доверчиво оперся о ее плечо.
— Тебя как зовут?
— Тотек. Титус Пшивлоцкий.
— Ну так вот, Тотек, я отведу тебя к маме.
— Нет! — почти крикнул мальчик. — Не нужно. Моя мама…
— Что твоя мама?
— Ничего. Не беспокойтесь обо мне. У меня есть одно местечко, я там подожду, пока принесут одежду.
— А ты уверен, что ее принесут?
— Почти уверен.
— Ты что, матери боишься?
— Да нет. Моя мама все болеет и болеет, и ни до чего ей нет дела.
— В таком случае я тебя хотя бы провожу. Держись крепче. Вот так, хорошо.
И Флоксу:
— Флокс, стеречь!
Агнешка оставляет вещи под охраной собаки, и они с Тотеком идут к поселку.
Когда Агнешка, запыхавшись, прибегает обратно, возле своих вещей она застает двоих мужчин. Один из них, рослый и статный, небрежно поддразнивает собаку. Он сидит, не подымая головы, как будто и не замечает Агнешку; наверно, притворяется — видимо для того, чтобы она могла его рассмотреть. Перепуганный Флокс как умеет защищает собственное достоинство: ворчит и не позволяет до себя дотронуться. Нахал весьма представителен — этакий могучий гладиатор в расцвете лет. На нем китель без знаков различия, на плече болтается моток веревки — кто он, рыбак? паромщик? дровосек? Второй — невысокий и коренастый, волосы его похожи на пучки высохшей травы, на лице услужливое верноподданническое выражение; он почтительно держится в стороне. Гладиатор встает, мягко отстраняет сапогом рвущегося в бой Флокса. Скупым выразительным жестом приказывает коренастому отойти; приказание исполняется с молниеносной быстротой, кажется, что этот растрепа буквально провалился сквозь землю. И только теперь подходит к Агнешке. Не произнося ни слова, он разглядывает ее спокойно и сосредоточенно. В холодных глазах, таких светлых на загорелом лице, вызывающе вспыхивают насмешливые огоньки. Наконец он протягивает Агнешке руку и в глазах у него появляется улыбка.
— Пани А. Жванец, верно?
— Должна уточнить. Мое имя несколько длиннее буквы А.
— Именно это и доставило мне такую приятную неожиданность. У чиновников, черт побери, редко возникает желание по-человечески написать полное имя. Ведь я думал об этом «А» довольно скверно: Алоиз, Альфонс и даже, прошу прощения, Адольф.
— Вы не предвидели самого худшего.
— Возможно, и так. Тем не менее теперь я жалею, что не приехал за вами. В результате не повезло мне.
— Не преувеличивайте. И на мою долю кое-что досталось.
— Начало вас разочаровало, не так ли?
— Пока нет. Но встреча, конечно, весьма оригинальна.
— Зато я постерег вещи и собаку. Кстати, вы переоцениваете людскую честность.
— Скорее честное безлюдье — так мне показалось. А за отзывчивость я похвалю вас солтысу.
— Считайте, что вы это сделали.
— Вы Балч?
— К вашим услугам. З. Балч.
— Меня зовут Агнешка.
— Зенон. Терпеть не могу говорить любезности, черт побери. Жванец — это что, ваша девичья фамилия? Или вы замужем?
— С профессиональной точки зрения это не важно. К тому же есть и другие варианты: разведенная, вдова.
— Теоретически. Вы только-только дотянули до совершеннолетия, сразу видно. Ну ладно. Узнаю в инспекторате.
— Не стоит. Сообщу при прописке, когда вы предоставите мне квартиру, пан председатель.
— Прекрасный титул. Могу добавить еще несколько, на выбор. Секретарь — действительный, чрезвычайный или почетный, в зависимости от обстоятельств. И так все одно на одно выходит. Заместитель секретаря. Председатель. Вице-председатель. Комендант. Офицер запаса. Фельдшер-любитель. Кавалер ордена… и так до бесконечности. А попросту и короче — Балч.
— Не слишком ли много для одной головы?
— Кроме головы, есть еще и спина.
— Крепкая?
— Выносливая. И на щите, и со щитом.
— А теперь в каком она положении?
— В положении «вольно». Из уважения к заслугам.
— На ниве просвещения.
— К прежним заслугам, милочка. На поле так называемой славы.
— Мы не говорим о войне.
