Такие книги А. Барто, как «Звенигород», «Младший брат», «У нас под крылом», «Лешенька, Лешенька...», «Я расту», могут соперничать — и не без успеха — со многими наиболее значительными и известными произведениями современной поэзии.
В 1955 году, незадолго до своей смерти, Александр Фадеев писал Агнии Барто:
«...Нужно ли говорить, сколько радости и пользы принесла ты детям нашей страны и просто нашим детям творчеством своим, полным любви к жизни, ясным, солнечным, мужественным, добрым!
Это уже никогда не пройдет; это живет в людях, которые были вчера детьми; это будет вечно питать поколения и поколения ребят, когда нас с тобой уже и не будет на свете...»
И думается, нам, многочисленным читателям А. Барто, каждому из которых она принесла и принесет свою долю «радости и пользы», остается только разделить чувства, оценки да и самый пафос, прозвучавший в этих словах одного из зачинателей и талантливейших представителей советской литературы.
У всякого настоящего детского писателя по крайней мере два возраста. Он видит мир глазами ребенка, но понимает его как взрослый — во всеоружии ума, опыта, знаний. У Агнии Барто счастливый, редкий дар — мгновенно вживаться в любой возраст, более того — жить одновременно как бы в нескольких ипостасях. Книга «За цветами в зимний лес» подтверждает это уже своей композицией. В ней три раздела: «Я расту» — о дошкольниках и младших школьниках; «Почему телефон занят?» — о ребятах постарше; «Настенька» — о самых маленьких. Каждое из стихотворений книжки, имея определенный возрастной «порог», не имеет, однако, возрастного «потолка» и в равной степени может быть интересно как детям, так и взрослым — педагогам, родителям. Первый взгляд ребенка на мир, трудности так называемого «переходного возраста», начальное пробуждение любви и ответственности за других, процесс формирования личности на всех его этапах — таков тематический диапазон книги.
Столь же широк ее жанровый диапазон. Здесь стихи лирические, шуточные, иронические, едко сатиричные, раздумчивые, пафосные, повествовательные, игровые. И где только не видим мы героя этих стихов! Чаще всего дома, в семье, в общении с папой, мамой, бабушкой, дедом, с младшими и старшими братьями и сестрами. Но также и во дворе со сверстниками, в школе, на улице, в пионерском лагере, на бабушкином огороде, в «грибном» поезде, и даже... в клетке зоопарка, потому что герой стихотворения «Мальчик в клетке» — юннат и наблюдает за лисицей.
Сложность внутренней структуры стихотворения при внешней простоте и доступности — характерная черта поэзии А. Барто. В книге «За цветами в зимний лес» она проявилась особенно ярко и последовательно. Барто умеет достигать эффекта стереоскопичности в изображении жизненных картин, когда любое явление выступает в многообразии своих значений, опосредований, связей, во всей полноте и объемности.
В 1928 году В. Маяковский написал «Стихи о разнице вкусов» — про то, как «лошадь сказала, взглянув на верблюда: «Какая гигантская лошадь-ублюдок», а верблюд же вскричал: «Да лошадь разве ты?! Ты просто-напросто — верблюд недоразвитый». Стихи заканчиваются ироническим резюме: «И знал лишь бог седобородый, что это — животные разной породы». В стихотворении А. Барто «Кому что...» использован сходный прием.
В построении этого стихотворения есть что-то от двух зеркал, поставленных одно против другого. Дети смотрят на пожилых людей, а те на детей, но видят не только друг друга, но и самих себя. Старики видят себя глазами детей, дети — глазами стариков. И где-то на пересечении взаимных зеркальных отражений просматривается общая высшая точка зрения, которая уже не является ни стариковской, ни детской, а просто человеческой,— то мудрое, всепонимающее отношение к жизни, которое не отдает предпочтения какой-либо одной частной правде, а понимает правду как синтез, как своеобразное примирение частичных, неполных правд.
Апофеозом такого примирения стало стихотворение «Особое поручение». Его герои так же далеко разведены по полюсам возраста, как и персонажи, о которых идет речь в стихотворении «Кому что...». Это дед и внук, гуляющие по московскому новому Арбату — проспекту Калинина. Дед беспокоится за внука, внушает ему: «Не прыгай! Дай мне руку! Не пой и не свисти». А внук отвечает, что дед должен слушаться его, так как именно ему поручено бабушкой присматривать за стариком. Следить, чтобы тот не устал, был осторожен, немедленно вернулся домой, если поднимется холодный ветер, который «ему во вред».
