- Ты не похож на других экспериментальных отбросов, - наконец, произнес он, закидывая ногу на ногу. - Краем уха я слышал, что ты сожрал целого разрушителя, а потом еще и двух своих сородичей. Это весьма интересно, если учесть, что ваши желудки не приспособлены усваивать такую пищу. Ваша основная еда - люди и ничего больше. Каждое мое творение должно уничтожать и есть людей. Ладно разрушитель, я могу это еще понять, ведь внутри них находится большая концентрация съеденных ими людишек, но вот своих вы есть уж точно никак не можете. Я не буду объяснять почему, это займет слишком много времени. Главное здесь то, что ты мутировал дальше своих сородичей, ты ценный отброс. Знаешь, у меня появились на тебя грандиозные планы. Ты можешь внести новые краски в мою игру! - в глазах Араэля загорелись огоньки. - Уверен, что Оуджи выжил и моя кровь сделала его именно тем астартом, которыми должны были стать они все. Ты же станешь его противостоянием. Раз у тебя высокая способность мутации, то я, пожалуй, поставлю все на тебя, мой драгоценный отброс, - ангел встал с кресла и подошел к своему столу, выдвинув верхний ящик, откуда он взял в руки маленькую исписанную какими-то символами черную коробочку. - Похоже на коробочку Пандоры, не так ли? Однако это не она. Здесь… здесь находится кусок сердца нефилима-вождя. Есть кое-какая легенда, о которой ангелы предпочитают умалчивать, но… - загоревшийся идеей, Араэль стал похож на обыкновенного фанатика, Мэтью стало даже не по себе. - Когда случился резонанс и появились астарты, мы не знали, насколько они будут для нас опасны, поэтому искали различные выходы из ситуаций. Мы должны были укрепить себя, стать сильнее. Наши ученые потратили много сил, решая этот вопрос. Им удалось выяснить, что пропитанные темной энергией сердца нефилимов могут дарить нам мутацию при попадании в организм. Однако эта мутация оказала на ангелов вовсе не такое действие, как ожидалось. Наши ДНК слишком схожи, из-за этого экспериментальные ангелы попросту превратились в нефилимов-берсерков, потерявших рассудок. С тех пор такие эксперименты были под запретом. Печальная история. Если бы различие в наших ДНК было больше, то мы смогли бы обрести небывалую мощь. Я знаю, что ты ничего не понял из того, что я тебе рассказал, но тебе и не нужно. Я уже очень долгое время ношу с собой это уникальное сердце, дожидаясь подходящего случая. Знаешь, нефилима-вождя довольно-таки тяжело выследить, они не только редки, но и необычайно сильны. Я очень расстроюсь, если ты не сможешь пережить эту мутацию, ведь я на тебя так рассчитываю. Не подведи меня, мой драгоценный отброс.
Араэль усмехнулся и бросил черную коробочку прямо в руки Мэтью. Да, он прав, Мэтт почти ничего не понял из сказанного, ведь он не знал историю Эдема. В голове парня хоть и была сейчас каша, но одну мысль он все же смог сформировать. Мутация, способная сделать его сильнее. Это шанс. Он сможет вернуться и прикончить тех астартов, которые превратили его в чудовище, сможет освободить Рэйто от их чар. Наверняка он там не по своей воле. Как же он раньше этого не понял! Те двое точно с ним что-то сделали, ведь Рэйто никогда бы не поступил так по своей воле. Мэтью долго смотрел на черную коробочку, обводил взглядом каждый символ. Если он сейчас ее откроет и проглотит кусок сердца какого-то нефилима, то сможет стать сильнее астартов, сможет получить шанс спасти своего лучшего друга, ведь других целей у него уже не осталось. В противном же случае Мэтью просто погибнет, что тоже не так уж и страшно, он к этому давно готов.
Сглотнув, ящер осторожно дотронулся до испещренной символами поверхности маленькой коробочки, лежащей у него на ладони. Ее дверцы чуть дернулись, а потом резко распахнулись. Мэтт вовсе не был готов к тому, что произошло далее. Он ожидал увидеть внутри кусок плоти, который нужно будет поглотить, а вместо этого наружу вырвался черный вихрь какой-то необъяснимой энергии и накинулся на того, кто осмелился открыть его обитель. Парень не учел, что кусочек сердца давно уже разложился, оставив после себя лишь концентрацию темной энергии, которую вмещал в себя ранее. Черные потоки хлынули внутрь перепуганного ящера через его рот, уши и глаза, не давая своей жертве даже двинуться с места.
Мэтью чувствовал, что задыхается, он ничего не видел, он был в панике. Неужели он умрет, так ничего и не успев сделать? Все-таки жаль, что он сказал Рэйто те жестокие слова. Теперь уже ничего не исправить и даже не извиниться. Каким же дураком он был. Мэтью про себя горько усмехнулся. Тут неожиданно перед его глазами замелькали образы и потоки информации, которые он еле успевал улавливать.
