- Мне плевать, - отчеканивает он, но почему-то кажется, что хватку Александр ослабил.
- Александр… - Виера бессильно окликает его, но он не реагирует. Тащит меня сквозь толпу, идя быстрым шагом.
- Что ты творишь? – шиплю я. – Куда ты меня тащишь?..
Ничего не отвечает, продолжая вести за собой, как провинившееся животное. И хоть бы кто-нибудь попытался остановиться его.
Все эти Тэры и Тессы прячут взгляды, отводя глаза в другую сторону, когда Александр тащит меня через весь зал, выпихивая на балкон, скрытый за тяжелым голубым бархатом занавесок.
Мне удастся вырваться только, когда мы оказываемся на улице. От неожиданной свободы я влетаю на полном ходу в заграждение балкона, переваливаясь через него наполовину. От высоты тут же начинает кружиться голова, но Александр уже здесь, рядом, он удерживает меня, прижимая к своей груди за живот.
- Ты не смеешь так обращаться со мной! – хриплю я, чувствуя, как все тело погружается в уже знакомое состояние бессилия перед Александром.
- Я обращаюсь с тобой так, как сам того захочу.
В голосе больше не сквозит злость. В нем появилась хрипотца и он стал на несколько тонов ниже.
Мы не шевелимся. Дышим так тяжело, словно пробежали на полном ходу с десяток километров.
Свет звезд окутывает нас, а голоса в зале приглушаются. Мы словно отрезаны ото всего мира, здесь, когда горячий воздух Хаята оплетает наши тела. И в моменте, когда Александр проводит по моим волосам, перекидывая тяжелую копну на другое плечо, это почти нежность.
Его раскаленные губы касаются кожи на моем плече, и я до боли в пальцах сжимаю поручень балкона.
Рвано вдыхает, касаясь моей талии, а я почему-то боюсь обернуться. Боюсь посмотреть в его светящиеся голубые глаза. Незнакомое, неведомое напряжение расползается по телу, и мне хочется только одного – чтобы он отошел, исчез, и в то же время… Хочется, чтобы он стал еще ближе.
Я поворачиваюсь к нему лицом, смотря глаза в глаза и тяну руки к его лицу.
Магия тут же распадается, когда он грубо перехватывает мои запястья, рыча:
- Какого хрена ты творишь, Алира?
- Я… Я просто…
Сама не могу объяснить, что пыталась сделать, зачем хотела снять его маску, скрывающую лицо…
Я не могу найти подходящих слов, потому что знаю, что любой намек на жалость взбесит его до черной ярости.
Но губы Александра сжимаются все плотнее. Он и так все понял, без моих слов. И я леденею до ужаса, когда он толкает меня к стене, приказывая:
- Выгнись.
- Пошел к дьяволу!
Его руки сталью сжимаются на моей талии, грубо прижимая к своему возбужденному паху.
- Я думал, ты поняла правила игры, - хриплым шепотом на ухо. – Я хочу, - ты даешь. Это отведенная тебе роль, Алииира… - кусает в шею, перемещая одну руку на грудь, и я порывисто выдыхаю, чувствую, как его пальцы начинают поглаживать сосок сквозь тонкую ткань.
- Я никогда не стану твоей шлюхой!
- Ты уже моя шлюха, Алира… - дергает ткань, и я вскрикиваю, слыша, как тонкая материя расходится, оголяя меня по пояс.
- Ненавижу тебя! – шиплю, чувствуя, как слезы подкатывают к глазам, а Александр грубо пихает меня к стене, тяжело дыша начиная возиться с застежкой на брюках. – Отпусти меня! Сейчас же! – пытаюсь отпихнуть его, заехать руками по лицу, но он легко перехватывает мои запястья, задирая платье, и проходя жадными касаниями по ягодицам. Вскрикиваю, когда его пальцы чуть отодвигают белье, проникая вглубь, а он начинает тихо материться.
- Бл***… - утыкается лбом мне в затылок, и я чувствую, как предательские мурашки расползаются по спине от его горячего дыхания. – Ненавидишь меня, но твое тело хочет, чтобы я его трахал… Тебе нравится, Алира?.. Нравится, когда я имею тебя жестко?..
- Гори в аду! – ору я из последних сил, чувствую, как жесткие пальцы сменяет его член, утыкающийся в меня.
- Я уже в аду, Алира, - шепот на ухо битым стеклом, а потом его ноги раздвигают мои, и Александр резко дергается вперед под мой вскрик, наполняя меня собой, растягивая до боли. – Ты отправила туда нас обоих…
Он сильно наклоняет меня вперед, отпуская руки и перехватывая за талию, начиная натягивать меня на себя грубо, пользуясь моим телом так, как ему хочется. А я чувствую, как слезы ожигают щеки, и стараюсь хоть как-то удержать равновесие, хватаясь за стену впереди.
Буквально в нескольких шагах от нас стоят люди. Стоит лишь одному из них обернуться, и они увидят эту картину, где Александр, крепко держащий меня за талию и бедра, долбит мое тело, ускоряясь с каждым толчком.
- Ненавижу… Тебя… Проклятый… Ублюдок… - хриплю под его рывки, и слышу злой смех.
- Мне насрать, Алира, - хватает за шею, выпрямляя и впечатывая в стену всей мощью своего тела. – Плевать на твои чувства… Запомни это…
А потом с каким-то остервенеем и звериным рыком пронзает меня еще глубже, впиваясь ртом в уголок рта.
И я горю, схожу с ума, чувствуя, как каменная стена холодит грудь, а спину ожигает жар его тела. Становлюсь на цыпочки, закусывая губу, чтобы он не растягивал меня так глубоко, но это не помогает.
