– Помогите! – закричала она и подтолкнула сына. – Кричи. Здесь полно людей. Они просто спят. Помогите! – крикнула она еще громче.
Мальчишка лет пятнадцати отделился от остальных и оскалился в звериной ухмылке.
– Все спят, – произнес он каким-то свистящим шепотом, и Тамара увидела, как в его руке блеснул нож.
– Прочь от женщины, – в толпу подростков неожиданно врезался непонятно откуда взявшийся мужчина.
Растерявшиеся сперва мальчишки, уже через несколько секунд перегруппировались как заправские воины. Только парень с ножом остался в стороне, словно отдавая остальным молчаливые команды. Повинуясь его взгляду, стая бросилась на мужчину. Мальчик с ножом снова посмотрел на Тамару. Он, разминаясь, повел плечами и сделал шаг женщине навстречу.
Тамара беспомощно посмотрела на мужчину, на котором гроздьями висели дети. Они, несомненно, были меньше и слабее его, но их было около десятка. К ее удивлению, мужчина легко стряхнул нескольких мальчишек с правой руки и стал методично наносить удары, не делая скидки на возраст нападавших. Он почти освободился от пацанов, большая часть, которых уже сидела и лежала на земле, зажимая разбитые носы и держась за вывихнутые скулы.
И в этот момент парень с ножом прыгнул незнакомцу на спину. Тамара как в замедленной съемке увидела занесенный для удара нож. Он должен был четко выверенным движением вонзиться в горло мужчине. Но в последний момент тот неожиданно резко бросился вперед и упал на колени. Рука мальчишки скользнула в сторону. Он по инерции перелетел через незнакомца и шлепнулся спиной об асфальт. Мужчина поднялся и посмотрел на детей сидевших и лежавших вокруг.
– Кто вы такие и почему нападаете на беззащитных? – произнес он, оглядывая поле боя.
– Мы те, кто еще придет за тобой Бриан, – произнес мальчишка, пытавшийся ударить его ножом. Он со стоном поднялся, провел рукой по затылку и, поднеся окровавленную руку ко рту, слизнул кровь, пробуя ее на вкус.
– Откуда ты меня знаешь? – поразился Бриан.
– Тебе не удастся ее спасти, – прошипел мальчишка и поднял руку.
Подростки, прихрамывая и постанывая, собрались вокруг него.
– Я уже вызвала милицию, – закричала Марина, выбегая из подъезда и размахивая сотовым телефоном.
Мальчишки переглянулись и бросились в арку, выводящую из двора на улицу. Через минуту на месте драки остался только Бриан, Тамара с Вадимом и Марина.
– Это вы? – Тамара Алексеевна с удивлением посмотрела на Марину.
– Вы здесь? Что случилось? – Марина смотрела на растрепанную испуганную женщину. В ней едва можно было узнать представительного врача, с которым она разговаривала еще днем. – Давайте поднимемся в квартиру, на вас же лица нет, – она подошла к женщине и осторожно взяла ее под руку.
– Нельзя, ведь сейчас приедет милиция, – пробормотала Тамара.
– Не будет никакой милиции, – пробурчала Марина, – здесь что-то со связью. Никуда нельзя дозвониться: ни в милицию, ни в скорую, ни в МЧС. Или помехи или никто телефон не берет. Бриан, берите ребенка. Возвращаемся в дом.
– Как скажете, моя госпожа, – пожал плечами Бриан.
Он задумчиво смотрел в арку, видимо раздумывая о погоне.
– Да поторопитесь же, – прикрикнула на него Марина. Она почти волокла на себе Тамару. Женщина от пережитого едва переставляла ноги. – Это хулиганье может вернуться в любой момент.
– Пойдем, – Бриан обернулся и положил руку на плечо Вадима.
Он не видел, как мальчик торопливо засунул брошенный нападавшими нож в свою легкую куртку.
– Господи, да вы весь в крови, – Марина только что уложила в постель Тамару и, усадив рядом с ней ее сына, выскочила на кухню за успокоительным.
Бледный Бриан сидел на табуретке, прислонившись спиной к холодильнику. На пиджаке на груди слева расплывалось красное пятно.
– Пустяки, – Бриан открыл глаза и поморщился, – мальчишка едва зацепил меня.
– Немедленно раздевайтесь, – Марина стянула с безропотного мужчины пиджак с рубашкой и закусила губу. Не глубокая, но довольно большая рана слева на груди сильно кровоточила. – Мамочки, сколько крови, – прошептала она.
– Это хорошо, – произнес Бриан.
– Что хорошего? – возмутилась Марина, судорожно ища на незнакомой кухне хоть что-нибудь чистое для перевязки.
– Если кинжал был отравлен, яд уже вышел, – пояснил Бриан. – А теперь рану надо зашить. Мне нужна игла и воловьи жилы.
– У меня нет воловьих жил, – ошарашено произнесла Марина.
– Допускаю, что в монастыре вас не учили ухаживать за раненными, – вздохнул Бриан – Но должны же вас был учить вышивать. Неужели у дамы не найдется иголки с нитью?
– Найдется, – кивнула Марина и бросилась к своей походной сумке в комнату.
