— Превосходно, — протянул Бриан, — тогда я думаю, наш уважаемый врач не будет возражать, если вы постережете покой его больной дочери.
— Ирина мне не дочь, — поправил его уже спускающийся по лестнице Иван Карлович.
— Простите, никого не хотел оскорбить, — поправился Бриан, — конечно же, вашей жены.
Врач стал медленно покрываться красными пятнами. Игорь открыл рот, собираясь придти ему на помощь.
— Не важно, — отмахнулся врач, беря себя в руки. — Иначе мы тут с этой средневековой психологией увязнем в объяснениях, — он внимательно посмотрел на Киру. — Вы ведь знаете ее?
— Мы учились вместе в школе — кивнул он.
— Тогда, пожалуйста, позаботьтесь о ней. И не давайте ей много пить. Как бы она ни просила. Меня очень беспокоит ее почки.
Бриан озадаченно проводил взглядом, поднимающегося по лестнице Киру.
— А много пить и не получится, — Марина выложила перед рыцарем из рюкзака все, что удалось собрать у присутствующих. На бетонном полу лежали две бутылки минеральной воды, шоколадный батончик, соленые сухарики и начатая упаковка жевательной резинки.
— Это пища для людей? — Бриан задумчиво смотрел на цветную упаковку сухариков, на которой скалила зубы лошадь в венке из полевых ромашек.
— Вроде да, — не поняла вопроса Марина.
— Прекрасно, — отнесите это все на второй этаж и оставайтесь там.
— Это почему? — возмутилась Марина.
— Прежде всего, потому, что там находится ваша больная сестра, — укоризненно произнес Бриан. — А потом, вы же сами слышали, что эта звезда, работает с вашей помощью. Так что идите и присмотрите за ней.
— Хорошо, — согласилась Марина, понимая, что он вновь ее обыграл.
— Марион, подождите, — Бриан догнал ее у лестницы. — Обещайте, что не подойдете к этой странной светящейся вещи ближе, чем на двадцать шагов.
— И как же интересно, я буду за ней тогда присматривать? — не удержалась от язвительного выпада Марина.
— Я вас умоляю, — едва слышно произнес Бриан. — Эта вещь внушает мне тревогу. Я беспокоюсь за вас. Почему бы вам просто не проявить послушание. Всего один раз за сегодняшний день. Просто скажите. Я обещаю. Этого будет вполне достаточно, чтобы я мог спокойно здесь драться, не сходя с ума от беспокойства за вас.
— Хорошо, я обещаю, — сказала Марина, — А вы тогда обещайте мне, что останетесь в живых.
— Вы требуете невозможной клятвы, — покачал головой Бриан, — Но если бы вы мне что-нибудь подарили. Какой-нибудь пустяк, хоть ваш носовой платок, это придало бы храбрости в бою неуверенному рыцарю, — добавил он, склоняясь к ней ближе.
— Неуверенному? — Марина не удержавшись, рассмеялась. Потом смутилась: — Вы не сердитесь?
— Наоборот. Рад, что развеселил.
— К сожалению, мой платок чудовищно грязен, после того, как я оттирала вас от останков этих монстров. Но у меня есть вот это — Марина сняла с шеи цепочку, на которой висел большой перстень с бледно голубым камнем. — Он со мной с детства. Бабушка говорила, что он мамин. Это вам, — она быстро, чтобы не передумать, расстегнула цепочку и надела перстень на мизинец рыцаря.
— Мне никогда и никто не делал более дорогих подарков, — сказал Бриан, глядя Марине в глаза.
Она не выдержала его взгляда, опустила голову и, развернувшись, стала подниматься по лестнице.
Бриан задумчиво проводил ее взглядом и вздохнул.
— Тысяча лет? И ничего нельзя сделать? — услышал он голос Игоря. Он обернулся. Эльд стоял рядом с Хортылакнером, угрюмо качавшем головой.
— Господа, — он, улыбаясь, подошел к ним, — вы смотрите на меня так, будто присутствуете на моих похоронах. А я вот тут подумал, может не стоит мне поступать в Родосский орден. Это, конечно, традиция. Все потомки иерусалимских королей, отправляли туда своих первенцев. Но что-то мне подсказывает, что монашество это не моя стезя.
— Понимаете, граф, — начал Хортылакнер, — положение таково, что чем бы здесь не закончилась битва, вы все равно вернетесь в свое время. Думаю, вам лучше знать это сразу.
— Хотите сказать, что я больше не увижу ее? — застыл Бриан.
— Они ничего не могут с этим поделать, — расстроено сказал Игорь.
— Ну, если демоны ничего изменить не в силах, — нахмурился Бриан, — значит надо уповать на милость Божию. Все в его руках. Я не должен был здесь оказаться, но оказался. Мне кажется, что меня уже убивали два раза, но я жив. Так что надо надеяться на лучшее. Сказано же, пути Господи неисповедимы. А теперь, господа, давайте определим наши позиции и стратегию. Мы должны победить, а победа любит уверенных в себе.
— С чего начнем? — Игорь хитро посмотрел на Хортылакнера, застывшего с открытым ртом. — Ну, что, демон, слабо вашим с таким человеком справиться?
— Сам ты демон, — беззлобно ответил Хортылакнер, — знаешь, союзничек, с этим рыцарем я тоже скоро поверю в нашу общую неминуемую победу.
