Почему же при длительном самоопылении происходит затухание, ослабление жизни и получается то, что мы называем дегенерированием? До сих пор мы объясняли это только одним — получается более суженный круг возможностей приспособления к условиям внешней среды. Это верно, но дело не только в этом. И возможно, что не в этом главное полезности перекрёстного опыления. При длительном самоопылении, без обновления, освежения крови путём перекрёста, понижается, затухает и жизнеспособность потомства. При этом снижаются и приспособительные возможности развития у потомков.
Любой из противников теории внутрисортовых скрещиваний может сказать или подумать: «Всё это так, я против этого не спорю, но всё-таки в пределах чистого сорта наследственность у растений одинакова. Если она и не одинакова с точки зрения диалектического материализма, то я всё-таки на семенном питомнике своими глазами убеждаюсь, что она одинакова»[32]. Здесь же противники теории внутрисортового скрещивания не преминут упомянуть и имя Дарвина, что, мол, сам Дарвин утверждал, что польза от перекрёста бывает только тогда, когда организмы, которые берутся для скрещивания, хотя бы немного разнятся по своей наследственной природе. При одинаковой же наследственности и в опытах Дарвина не было пользы от перекрёста. При этом приводят примеры, что, мол, у Дарвина скрещивание в пределах сорта гороха никакого эффекта не дало.
Но противники внутрисортового скрещивания, приводя эти примеры, передёргивают, неверно излагают опыт Дарвина. Как раз наоборот, Дарвин указывает, что если только взять и соединить путём перекрёстного опыления растения гороха, развивавшиеся в предыдущих поколениях хотя бы в немного разных условиях, то получается довольно значительное повышение жизнеспособности, мощности развития потомства[33]. Тут же сразу может возникнуть вопрос — ведь растения чистого сорта растут в колхозе на одном поле, а Дарвин говорит, что перекрёстное опыление полезно только в тех случаях, когда растения в предыдущих поколениях выращивались в разных садиках и этим самым слегка разнились условиями воспитания. Нам могут сказать, что растения каждой из чистых линий озимых пшениц (хотя бы такие, как Гостианум 0237, или сорта, выведенные Л. П. Максимчуком, Од-01, Од-02, Од-03) по своей наследственности одинаковы. Ведь в семенных питомниках, которые обычно сеются небольшими деляночками, потомствами от отдельных типичных для сорта кустов, всегда наблюдается однообразие растений на всех этих деляночках. Лишь как редкое исключение наблюдается, что растения одной деляночки немного уклоняются от типа, и то обычно это объясняется не различием наследственности этих растений от растении других делянок, а различиями условий поля, микрорельефом. Ну, а если в семенном питомнике наблюдается такое идеальное однообразие, то значит и, согласно теории Дарвина, бесполезно будет устраивать перекрёстное опыление у растений чистолинейных сортов пшеницы.
Но дело в том, что такая ссылка на семенные питомники для нас неубедительна уже хотя бы потому, что обычно те лица, которые так говорят, сами мало смотрели на растения и ещё меньше закладывали питомников, а знают о них только из книг. Правда, во многих случаях, к сожалению, и книги по разным разделам агронауки пишутся лицами, практически не знающими дела.
Большинство положений в агронауке таково, что на них не только не нужно долго настаивать, но всегда нужно самому же исследователю под них «подкапываться», хотя бы эти положения им же и были выдвинуты. Такие положения могут быть относительно верными, действенными, отсюда и полезными, и всё же необходимо находить взамен их ещё более действенные, ещё более верные. Но есть положения, которые нужно понять, навсегда запомнить и из них исходить в своей работе, не отступая и не думая — а вдруг и они неверные. Такими положениями являются основные понятия теории развития, положения диалектического материализма.
Диалектика говорит: любое тождество, любая одинаковость всегда заключает в себе различия. Исходя же из этого положения, мы не можем представить двух потомств растений, ничем не различающихся.
Нельзя себе представить, чтобы взятые из большого массива какой угодно чистой линии 200–300 растений дали совершенно одинаковое потомство. Чем-нибудь да будут отличаться одни потомства от других.
В большинстве случаев трудность обнаружить эти различия между потомствами чистой линии заключается в малой опытности (как говорят — глаз не набит) многих учёных находить различия между потомствами в посеве семенных питомников — это с одной стороны; но главная трудность заключается часто в неверном подходе к технике посева и к уходу за семенными питомниками.
