Самый безобидный факультет. И самая безобидная девочка, без титула.
А титулов оказалось двенадцать, и в академию крайне редко поступали даже с самыми маленькими, начальными. Под предлогом небольшого доклада на другую тему получила доступ к общим статистическим данным.
Ежегодно погибают три-четыре курсанта. Причины разные, в основном — неосторожное обращение с магией. Угу, докажите, что это не так, очень удобная формулировка, и я бы вошла в этот список.
Смотрим титулы погибших за последние десять лет.
Из тридцати четырех курсантов — четверо без титулов, остальные имеют самые мелкие, в том числе те, которые получают непризнанные бастарды. К ним обращаются на вы, вот и вся разница. Ко мне, вне стен академии, любой может обратиться — ты. Вместе с грамотой, заменяющей здесь диплом, курсанты получают и право вежливого к себе обращения.
Совет лордов заявляет, что магическое образование доступно всем и, действительно, нас допускают к экзаменам и даже иногда принимают. Правда, всегда фигурирует одна и та же цифра поступивших, и один тот же факультет. Бытовой.
Но за последние годы счастливчиков, поступивших без титулов, и при этом окончивших академию, я не обнаружила.
Они погибают или бросают учебу.
А может быть, это одно и то же.
В этом случае возникает вопрос — что означает предложение лорда из Совета?
Магистр Леонтий только отмахивался, дворец и дворец, до него есть время, учись! И щедро делился знаниями, подкрепленными архивами академии, куда доступ имели далеко, далеко не все.
Сама учеба разделилась для меня на три направления, и сюда входило все, от легенд до моды. Спасало от неловких ситуаций мое отношение — не знаю, потому что не помню, но знать хочу и вопросы задаю.
Во-первых, изучение магии.
Учеба мне всегда давалась легко, если логика понятна, но тут прятался самый большой подвох, ибо некоторые решения, которые существовали в моем мире, здесь никому не приходили в голову. И наоборот! Я до сих пор тянула руку к крану с водой, или искала молнию застегнуть куртку, или пыталась расписать подсохшую, как мне казалось, шариковую ручку. Это относилось ко всему.
О себе никому не рассказывала, в том числе наставнику, магистру Леонтию, у него тоже были тайны, и с каждым днем я была осторожнее и с ним, и с ситуацией в целом.
Старалась не удивляться очевидному для всех.
В этом мире не было необходимости вырабатывать, например, электричество, вполне достаточно энергии солнца, ветра и воды, опять же подкрепленных магией. Магическая энергия даже продавалась, менее одаренные покупали специальные накопители для домашних и рабочих артефактов. Практически все население, в большей или меньшей степени, одарено магически, и этого вполне хватало для нормальной жизни, со слов преподавателей, конечно.
Титулованные учились в академиях, такие, как я — в годичных школах, кроме того, существовали курсы, где можно получить элементарные знания для правильного применения артефактов.
Основное население занято в сельском хозяйстве, промышленности в больших объемах не существует, но умельцы-ремесленники есть. Достаточно предоставить образец предмета нанятому магу для создания копий, приготовив исходный материал. Исключения составляла органика: молоко, мясо, зерно, травы, а все остальное — пожалуйста. В лавках можно присмотреть, например, халат, а хочешь такой, но с «перламутровыми пуговицами» — тебе предоставят ткань и заготовки пуговиц, делай сам, и дешевле обойдется.
Есть свои тонкости — если в самом процессе изготовления, например, боевого ножа, применялась магия, то копии не получится. И в особо удачные или модные изделия сразу вплетается магия, дабы получить серьезную прибыль, а там уже разрешить копии.
И патенты есть на изобретения.
Много тонкостей, где присутствует магия, но не сразу это понимаешь, и не сразу можешь отделить одно от другого.
Во-вторых, адаптация моих знаний.
Необходимость этого направления осознала не сразу, и случайно. Знания имею в виду не только фактические, что немаловажно, но и само умение организовать процесс обучения в удобной для меня форме.
Оценив объем, решила все как-то привести к системе. На занятиях в группе удивлялась и ругалась про себя — магистры начитывали лекции, перескакивая с темы на тему, хаотично, кусочками, возвращаясь или забывая, что просили напомнить. И я стала чертить таблицы, схемы, диаграммы. Магия для меня приобретала системный вид, который уже легче усвоить.
Одну табличку увидел наш декан-бытовик:
— Это что, курсантка? Где вы такое взяли?
— Мне так удобнее, магистр. Вот видите, здесь должны быть еще сведения, промежуточные, по логике. Их еще просто нет, или мы не учили.
— Ну не знаю, не знаю… хорошо, давайте, посмотрю… как-нибудь на досуге.
И забрал, неохотно причем.
