Не успели остыть тела убитых горожан, а в Митендории разгорается новая война. Церковь Света готовится к борьбе с советником короля, чтобы остановить распространение Ереси. Влиятельные придворные спешат встать на сторону сильных, чтобы получить ещё больше власти. Сумрачные Герцоги сеют смерть и ужас на улицах столицы. А в далеком городе на краю Леса одна девочка строит свою новую жизнь, не зная, что уже встала на кровавый и безумный путь, в конце которого её назовут Айрин, Графиня из Бездны.
В Эйд-Кейсарской Империи, что объединила в себе Одиннадцать королевств и Свободные земли, наступала зима. И пока по всей Империи расползались холодные ветра и обильные снегопады, в королевстве Митендория разлетались слухи.
«Король — мёртв. Королева — мертва. Страной будет править принц Лангсдейл»
Во все стороны скакали королевские гонцы, чтобы рассказать от имени правителя, что произошло в Ортенфлоу. Главы городов и поселений, получив официальные сведения, тут же распространяли их среди населения. Но эти сообщения были куда скучнее устных рассказов, и слухи продолжали расползаться.
«Столица — сожжена, и тысячи людей бегут от неё во все стороны. Королевские гвардейцы скачут по всем дорогам, днём и ночью, разыскивая и убивая всякого, кто посмел поднять мятеж»
На каждую историю, рассказанную со ступеней ратуш и управ, приходилось десять, рассказанных в подворотнях, трактирах и на кухнях. Тут же рядом оказывались блестящие умы и всеобщие знатоки, которые делись своим взглядом на то, что произошло, и что из этого выйдет. Так как количество таких знатоков нередко превышало единицу, а прогнозы и мнения у них не сходились, то многие из диспутов заканчивались драками.
«Смерть и разрушение царят в Ортенфлоу. Сама Бездна послала туда своих слуг, и они бродят вокруг королевского дворца. Трупы разбросаны на много миль вокруг, и солдаты стаскивают их в кровавые кучи. А в столице сжигают тела, и эти костры, высотой до неба, горят днём и ночью»
Даже те, кто скептически относился к слухам, понимали, что настают тревожные времена, и что по королевству разошлось немало лихих людей.
Поэтому когда на дороге, ведущей к ферме Мишон, появился всадник, Клермон Эйб, оставленный специально для охраны дома, с мрачной решимостью взял стоявшее в углу ружьё и вышел на порог дома. Один из молодых работников, Антон, оказавшийся рядом, увидев такие приготовления, вытащил заранее заготовленный нож.
— Хозяйке скажи — бросил ему Клермон, и работник умчался вглубь дома, а Эйб остался наблюдать.
Лошадь — добротная и откормленная — въехала во двор, и вокруг неё тут же с лаем запрыгали собаки, наскакивая на всадника. К удивлению Клермона неожиданный гость, остановив лошадь, прикрикнул на собак, и те, замолкнув, устремились обратно к загонам. Всадник спрыгнул на землю, и стало ясно, что это — молодая девушка.
— Что это с собаками? — удивилась подошедшая сзади хозяйка дома. Клермон почтительно посторонился, и женщина вышла на порог. Она, заслонившись ладонью от яркого солнца, всмотрелась в гостя и первое, что увидела — яркие синие глаза и радостную улыбку.
— Свет Всемогущий, да это же Айрин! — изумленно воскликнула женщина и бросила к девочке. Аури — это и вправду была она — вся покраснела от смущения и неожиданности, когда подбежавшая хозяйка крепко сжала её в объятьях. Эйб, переведя дух, поставил ружьё на прежнее место.
После всех приветствий, охов, вздохов, слез радости и волнения, после уверений, что с господином Тайроном всё в порядке и он жив — здоров, Айрин проводили в дом и усадили за стол. Все, кто был в доме — хозяйка Аделина, Эйб, Антон и две служанки-помощницы — столпились возле сидевший девочки в ожидании новостей. Пока Аури ела, с загонов и полей все прибывали и прибывали люди. Айрин такое внимание было впервой, и она, доедая обед, думала, как бы половчее приступить к рассказу.
В дороге девочка успела обдумать свои слова и составить в голове план рассказа — совсем как в школе. План этот сразу же затрещал по швам — в нём письму от Тайрона отводилась немалая роль, а Аделина его даже вскрывать нестала — «читать-то я всё равно не умею». Так что всё внимание доставалось одной Айрин. Поэтому та не спешила заканчивать, собираясь с мыслями. Когда, наконец, девочка приступила к рассказу, выяснилось, что госпожа Аделина не желает придерживаться плана, составленного девочкой, а желает знать все события и их подробности. А Аури так же твёрдо решила умолчать о некоторых событиях и их подробностях.
Девочка рассказала о прибытии в столицу, умолчав о патрулях и наставленных ружьях. Затем она рассказала о предложении управляющего и освобождении барона, умолчав о Герцогах и о том, какое место сами путники заняли при штурме тюрьмы.
Айрин полностью пропустила сцену в «Морском Молоте». Зато в подробностях расписала приём в Ортенфлоу, сделав упор на свой поход на кухню и поедании королевских пирожных. Восторженные ахи — охи слушателей очень польстили рассказчице, и она без труда перескочила разгром банды Герцогов и личное присутствие на казни, перейдя сразу к службе Тайрона в представительстве торговцев.
Она как раз рассказывала о повседневных буднях в Торговом Дворе, когда во дворе раздался шум въезжающего экипажа.
— Забери меня Бездна, я совсем забыл о юной госпоже! — в ужасе вскричал Эйб, подбегая к окну.
— Ничего — успокоила его госпожа Мишон — Думаю, ей будет не до упрёков.
