– Послушай, Гленн, это же отличный шанс уехать пораньше. Я смогу отложить полтора, а то и два золотых в год. Мы сможем уехать до того, как Аури исполнится шестнадцать.
Гленн подошел сзади и обнял жену.
– Лин, подумай, какие там будут условия. Никто не будет платить деньги просто так. А мы сейчас и так неплохо откладываем. Просто проживём тут на три-четыре года дольше, ну и что?
– Ну и что? – Лин повернулась к мужу – По-твоему, три года в этом проклятом лесу – это мало? Три года, за которые моя дочь сто раз сможет умереть! Три года, которые она будет тут выживать! Три года… А Аури? Она же ещё людей не видела! Как она будет дальше? Как я…
– Ну всё, всё, хорошо – Гленн притянул жену к себе – Хорошо. Я тебя понял. Ты права, украсть три года жизни у Леса – дорогого стоит.
Тем же вечером родители подробно обсудили, что взять и как подготовиться. На следующий день Линария уехала в город. Вот так мир Айрин разделился, и из него ушла половина.
В Эйд-Кейсарской Империи, что объединяла в себе Двенадцать Королевств и Свободные Земли, наступала весна. Король-Мореход, правитель Эйгона, собрал восьмую кругосветную экспедицию в надежде открыть новые земли. Король-Шутник, правитель Антиохии, подсчитывал золото, что отдал ему Служитель Света, правитель Септимии. Церковь Света и Разума отклонила запрос учёных Империи на улучшение подъемных механизмов и приказала усилить надзор за обучающими заведениями. А в Митендории, в Лесу, окружавшем Бездну, Айрин впервые осталась дома одна на целый день. Даже когда уезжала мама, отец вернулся через несколько часов. С тех пор прошло четыре месяца, и Гленну пришлось отправиться в город. С утра он уехал на рынок, и должен был вернуться лишь к вечеру.
Управившись с домашними делами, девочка начала готовиться к проверке рвов и забора. Она понимала, что отец перед отъездом наверняка всё проверил, но Аури решила отыгрывать роль старшей до конца.
На лично вышитом поясе она закрепила три дротика. В свой рюкзак она закинула подаренный ей отцом медицинский набор, моток веревки, завёрнутые в бумагу хлебцы и ломоть сушёного мяса, спички. Подумав, добавила флягу с водой. Обувшись, взяла в руки копье и окинула комнату взглядом. Всё было в порядке, лишь с полки на неё укоризненно смотрели три пары глаз.
– Сегодня вы остаетесь дома – строго сказала Айрин своим игрушкам – И даже вы, Сэр Римус.
После этого она вышла, закрыла дверь и отправилась к ограде.
Когда вернулся Гленн, девочка в подробностях рассказала ему, что и как было сделано.
– Я бы и ночь продержалась! – хвастливо закончила перечисление Аури.
– Не сомневаюсь – улыбнулся Гленн – И вот тебе доказательство – с этими словами он достал из сумки бумажный свёрток и протянул дочери.
Айрин обеими руками взяла свёрток, положила на постель и развернула его. Внутри оказалась тёмно-синяя одежда из грубой ткани. Аури разложила её и принялась осматривать. Такого платья девочка ещё не видела – рубашка, соединенная со штанами, с многочисленными карманами по бокам и на поясе, с какими-то непонятными лоскутами ткани на щиколотках, с торчащими шнурками и металлическими – Айрин даже пощупала их рукой – заклепками. Девочка вопросительно посмотрела на отца. Ухмыльнувшись, он кивнул ей:
– Давай, спрашивай.
– Что это?
– Даааа – протянул Гленн – С таким вопросом не развернёшься.
Он провёл рукой по костюму.
– Шикарный. Я б в таком и на стрыгу не побоялся выйти. Но он – для тебя. Завтра пойдём в пещеры.
У Аури перехватило дыхание.
– Змеевы Пасти? Это с жуками, пап?
– Да, Пасти, с жуками. Завтра попробуешь поймать своего первого скраба. А пока можешь примерить.
Девочка тут же начала надевать костюм. Он был непривычным, слишком плотным, слишком свободным и слишком красивым. Отец помог просунуть куда надо руки-ноги и подпоясаться ремешками, защёлкнул заклепки, что-то ослабил, что-то подтянул – и Айрин почувствовала себя будто в броне. Она тут же схватила половник вместо копья.
– Я вызываю вас на бой, сир Скряб – она сделала выпад – Ага, не хотите сдаваться! А как вам такое?! – ещё два удара рассекли воздух – Всё, довольно? Что? У вас подмога!
Она отпрыгнула назад, заняла стойку, а затем волчком завертелась по всему дому.
– Вот! Ещё! Получай! – неслось из этого вихря. Пнутый стул отлетел куда-то в угол комнаты, тарелки в шкафу начали дребезжать и подпрыгивать.
– Аури!
– Звери! Нас атакуют дикие звери!
Синий вихрь, не останавливаясь, пересек комнату, взметнул одеяло и обрушился на кровать. Подушки тут же разлетелись по разным углам.
– Стая куоргов уничтожена, капитан!
– АЙРИН!
Дочь остановилась как вкопанная.
– Если хочешь попрактиковаться, иди на улицу.
– А я костюм не испачкаю?
Гленн несколько секунд молча смотрел на дочь, а потом зашелся в приступе хохота. Пару раз он попробовал что-то сказать, но не смог, и лишь махнул рукой в сторону двери.
