В мире вечного лета лишь двуликие воины могут спасти нас от ледяных демонов севера. Но даже их силы не безграничны. Меня зовут Айвири. С рождения я ношу на себе печать богини, что определяет мою жизнь и судьбу. Но однажды на земли Иллиума придёт воин и это изменит мир.
Ликаны пришли неожиданно.
За две недели до оговоренного срока, когда никто не ждал.
Первым их заметила Даринка. Коротко взвизгнула, роняя тяжелую плетёную корзину на землю. И алые крупные ягоды дикой малины рассыпались по изумрудной траве, теряясь в лопухах. Ягоды были ароматными, сладкими и терпкими. И собирали мы их с девочками всё утро, изнывая от яркого весеннего солнышка.
За Дариной заголосили другие, замельтешили, бросаясь ко мне со всех сторон, прячась и цепляясь за тёмную юбку.
Мой возглас: «Все ко мне!» — был уже не нужен. Все и так были рядом. Жались друг к другу, дрожали, с испуганным любопытством выглядывая из-за спины, пытаясь разглядеть приближающихся всадников. Слава Лаари, ликаны не так часто приходят на земли Иллиума.
— Ничего, не бойтесь, — добавила я, погладив ладонью по макушке Алии, выпрямляясь и задирая подбородок. — Они ничего нам не сделают.
— Стра-а-а-а-ашно, — промычала всё та же Дарина со слезами на глазах и закусила зубами уголок белого платочка.
— Всё будет хорошо, — пообещала я.
А всадники всё прибывали, уже целая толпа выехала на небольшую лесную полянку, застыв у её кромки. Ни два, ни пять или десять. Пару сотен отборных воинов в тёмно-синих плащах в полной боевой амуниции. И лошади у них были странные, такие не похожие на наши. Мохнатые, с волосатыми ногами, мощные, коренастые и какие-то приземистые. Они больше походили на быков. И хрипели они жутко. Плюс ко всему доспехи звенели очень угрожающе.
Лаари, каким ветром их сюда занесло, да еще так далеко от основной дороги?
Ручки детей сжимали мою юбку все сильнее. Я чувствовала их дрожь и помочь ничем не могла. Нельзя бежать. Ни в коем случае нельзя.
Ликаны дикие, суровые воины, другие просто в Ардане не выживали. И правила гласили — бежать нельзя, смотреть в глаза опасно, первыми не разговаривать, и вообще всеми силами стараться не попадаться им на пути. Выполнят задуманное и уйдут, оставив лишь слёзы после себя.
Тут от толпы отделились три всадника, которые медленно двинулись вперёд.
— Света и жизни, — поприветствовал нас самый старший из них. Плотный, широкоплечий мужчина с большой густой бородой, украшенной тоненькими косичками.
Приветствие правильное, верное, но страх и тревога никуда не делись. Да еще метка на запястье вспыхнула, словно предупреждая.
— Жизни и света, — произнесла я тихо. — Вы рано.
Еще две недели. Две недели до великого сбора, когда дома княжества заполнят слёзы и стенания матерей, когда сыны Иллиума покинут свою родину, чтобы уйти за снежный перевал в вечные холода Ардана.
Как же так? Как? Почему?
И еще свадьба эта… Завтра ведь должна быть, специально запланировали до сбора. Отец так к ней готовился, гостей созвал. Как праздновать союз двух сердец, когда всё княжество рыдать будет?
— Не мы решаем, — огрызнулась на меня девица, которая находилась посредине, поправляя толстую золотую косу.
Виданное ли дело, чтобы дева на лошадях в латах сверкающих ездила и боролась наравне с мужчинами?
Но её это совершенно не смущало. Сидела на лошади как влитая, губы кривила и на меня посматривала.
— Ты лучше скажи, девушка-красавица, как нам до замка князя добраться? — ласково заговорил третий.
Красивый. Золотые кудри, улыбка до ушей и ямочка на щеке. А мне еще тревожнее стало. Таких бояться надо. Не из-за воинской мощи, а из-за речей ласковых, обещаний сладких. Такой любит ярко, как вспышка, а потом также быстро охладевает, переключаясь на новую красавицу.
— Так недалече, — пискнула Фанечка, смешливая девочка с крохотными косичками, которые торчали в разные стороны, и россыпью солнечных веснушек на курносом носу.
— Т-с-с-с, — зашипела Лила, ткнув малышку в бок локтем, из-за чего та пискнула и снова ко мне прижалась.
— Так за холмом город и замок князя, — ответила я, подбородком дёрнув в нужную сторону. — Только тут вы через лес не пройдете. Тропинка есть, но она узкая и петляет. Вам по-другому надо.
— Какому другому?
Голос раздался сзади. Девчонки только успокаиваться начали, а тут опять взвизгнули, шарахнулись, едва с ног меня не сбив.
Обернулась и застыла, чувствуя, как гулко застучало сердце в груди.
Ликан.
Молодой, волосы короткие, темные, назад зачёсанные, открывая лоб, и лишь одна прядка выбилась, упала прямо на глаза. Дымчато-серые, внимательные с чёрным ободком вокруг зрачка.
Я как взглянула в них, так и пропала. Забыла обо всех правилах и запретах, о страхе и девчонках, что снова за меня цеплялись. Лишь метка на руке вспыхнула огнём, предупреждая.
Она и отрезвила, заставила взгляд отвести, отступить.
На мужчине был уже знакомый тёмно-синий плащ и доспехи тёмные, а в руках корзинка знакомая, наполовину ягодками заполненная.
Как же он за спиной оказался? Когда успел подойти, ведь не было никого. А мы прозевали.
Я слышала о том, что ликаны могут двигаться бесшумно, но всё равно замерла, застыла.
— Итан, прекрати. Совсем девушку запугал, — рассмеялся тот золотоволосый с ямочкой на щеке, пытаясь привлечь к себе внимание. — Как зовут тебя, красавица?
Я медленно обернулась.
