Я вспоминаю своё последнее задание до поимки. Того человека — Грива — который пришёл ко мне, якобы ища способ сбежать из Города Затмений как Клейменный Арканист, и знал больше, чем должен был. Он предложил не только наборы для нанесения чернил… но и подробности о смерти моей матери. Именно из-за него меня схватили — он заманил меня прямо в ловушку принца Каэлиса. Если Грив знал обо мне достаточно, чтобы я ему поверила, то Каэлис знал не меньше. А скорее всего, больше.
Я сжимаю кулаки, резко разворачиваюсь и с решимостью толкаю дверь. Почти сразу попадаю в людской поток — как он и предсказал. Я сливаюсь с толпой, игнорируя шепотки о том, кто это такая, вошедшая в процессию последней.
Я действительно собираюсь это сделать? С каждым шагом идти становится всё труднее. Я оглядываюсь по сторонам, выискивая боковой проход или запасную дверь. Сейчас вырваться будет крайне сложно, если вообще возможно. Меня буквально затягивает в гущу людей.
Бросив взгляд через плечо как можно незаметнее, я вижу позади сотню человек — впереди же не больше нескольких десятков. Я где-то ближе к началу колонны. Люди прижимаются всё плотнее, проталкивая меня ближе к центру. Не знаю, случайность ли это, но зная Каэлиса, не удивлюсь, если у него в Академии есть свои, следящие за тем, чтобы я оказалась именно там, где он хочет.
Именно тогда я их замечаю — стражников Халазара. Я бы узнала эти унылые мундиры где угодно. Они идут сзади, медленно нагоняя.
Я резко отворачиваюсь вперёд, делаю глубокий вдох и стараюсь унять бег мыслей. В панике я не помогу ни себе, ни тем, кого хочу спасти. Арина прошла через это — и выжила. Мой единственный шанс убедиться, что с ней всё в порядке, и вновь быть с теми, кого я люблю, — пройти Фестиваль Огня.
Я снова оглядываю толпу — на этот раз в поисках сестры. Но из-за факелоносцев, освещающих путь спереди, лица сливаются с тьмой, и различить кого-либо почти невозможно.
Одежда у всех разная, но легко понять, кто здесь — кандидат, кто пройдёт через ритуал Огненного Испытания, а кто уже является полноправным учеником. Чаша Аркан требует сражения лишь в первый год обучения; последующие жертвы приносятся проще. Потому я предполагаю, что те, кто облачён в шёлк и бархат, уже прошли свою проверку. Их наряды созданы не для движения, а для того, чтобы стоять, сидеть, возможно — пить и есть. И даже в этом я сомневаюсь — настолько туго затянуты их корсеты и тесны брюки.
А вот те, кого я определяю как кандидатов, одеты куда практичнее — в боевую одежду, как и я, приспособленную для движения. Хотя, надо признать, качество их вещей оставляет желать лучшего.
Некоторые из претендентов возбуждённо перешёптываются. Они с нетерпением ждут церемонию — они готовы прикоснуться к тайнам Академии Аркан. Бедняги. Чаша Аркан — это проклятый ритуал, однажды сказала мне мать, когда я спросила её о паломничестве, которое раньше совершали к крепости в поисках силы, задолго до того, как она стала академией.
С тех пор как Каэлис взял всё под свой контроль, доступ к крепости открыт лишь претендентам, посвящённым, ученикам, преподавателям и персоналу. Ритуалы и учения академии якобы тщательно оберегаются. Но, как и любой секрет, они прекрасно известны тем, кто у власти. Знать Орикалиса торгует тайнами так же легко, как картами Таро или блестящими монетами и банкнотами регилла. Единственная причина, по которой я знаю хотя бы то, что знаю, — это моя работа в Клубе Звёздной Судьбы.
Я стараюсь сосредоточиться на тех, кого считаю студентами. Арина теперь на втором курсе. Трудно поверить, что она станет для меня старшей в этой школе, учитывая, что всю жизнь я пыталась присматривать за своей непоседливой младшей сестрой. Она всего на год младше меня — соврала о возрасте, чтобы поступить в девятнадцать, — но мне всегда казалось, что она ещё младше.
Понятия не имею, какую одежду она может носить, чтобы вписаться в круг своих однокурсников. Высокие воротники, капюшоны и замысловатые причёски только усложняют дело — в полумраке трудно отличить одного студента от другого.
Поэтому я сосредотачиваюсь на запястьях девушек. Перед тем как Арина уехала в академию, я подарила ей серебряный браслет — простой, но я бы узнала его в любом месте. На внутренней стороне круглого медальона выгравированы буквы
Но пространство здесь тесное, а у многих длинные рукава… Я найду её, когда всё это закончится, — убеждаю себя. Или она сама заметит меня во время испытания Чаши и найдёт меня. Несмотря на то, что я теперь выгляжу иначе — после всего, что было в Халазаре, — я уверена, что сестра узнает меня при любых обстоятельствах. Как и я её.
Впереди указатель на стене: претенденты — направо, полностью зачисленные студенты — налево. Я сворачиваю направо, спускаясь вместе с остальными туда, где нас ждёт ритуал силы и жертвы.
Глава 6
