Мы подходим к просторной мастерской как раз к моменту окончания разговора. Свет струится сквозь высокие арочные окна, танцуя на отполированных поверхностях столов — у каждого посвящённого своё рабочее место. На стенах висят свитки с диаграммами, прорисованными с поразительной точностью: символы в чётких рамках, линии выведены с безупречной аккуратностью.
— Было бы здорово… — начинает Лурен.
— Мы подумаем, — перебивает её Кел, одёргивая подругу и начиная уводить её прочь.
— Обязательно подумайте, — бросаю я им вслед. — Вместе мы сильнее.
Истинная ценность моего предложения проявится позже — когда мои навыки начнут сиять на занятиях.
Кел бросает на меня последний настороженный взгляд и ведёт Лурен к двум столам в нескольких рядах позади и немного в стороне от моего. Я никогда прежде не чувствовала себя настолько… чужой. Дворяне обходят меня стороной, бросая презрительные взгляды. Простолюдины смотрят настороженно.
Я едва удерживаюсь, чтобы не вздохнуть.
— Это место занято? — Дристин указывает на стол рядом со мной.
— Нет, — я даже не заметила, как он подошёл.
— Прекрасно. — Он садится.
Движение слева заставляет меня повернуть голову. Сорза занимает соседний стол. Её взгляд скользит в мою сторону, на губах появляется лёгкая улыбка, но она ничего не говорит.
Я ставлю сумку на стол перед собой и тут же принимаюсь раскладывать припасы, которые принесла. По спине пробегает волнение. Несмотря на все вопросы и то, что мне ещё предстоит, я не могу отрицать трепет, вызванный возможностью изучить, как академия обучает искусству нанесения чернил, да ещё и с, по всей видимости, неограниченным доступом к лучшим инструментам.
Профессорша выходит вперёд, вставая перед длинным столом. Её кожа тёплого шоколадного оттенка едва покрыта морщинками, хотя глаза цвета лесного ореха выдают возраст. Чёрные волосы заплетены в сложную косу, спускающуюся по плечам, украшенную крошечными серебряными подвесками с символами, которые я не могу разобрать с этого расстояния. На ней струящееся платье из сапфирового шёлка, перехваченное по талии мягким кожаным корсетом.
— Приветствую, посвящённые, — говорит она голосом доброжелательным, но уверенным. Строгий, но тёплый. Наверное, она была Монетой в своё время. — Я Леди Рейтана Даскфлэйм, главный преподаватель по нанесению чернил. Вы можете называть меня Леди или Профессор Даскфлэйм.
— Ваш первый год в академии будет равномерно разделён между тремя аспектами магии таро: нанесением чернил, применением и толкованием. Каждому аспекту соответствует отдельное испытание в рамках Трёх Мечей, которые проходят зимой. Каждое утро по четыре часа вы будете получать обучение по одному из этих направлений.
— После обеда вам предоставляется время для самостоятельной практики, чтобы подготовиться к зимним экзаменам. Преподаватели будут находиться в своих кабинетах, примыкающих к классам, и будут доступны для дополнительных консультаций. Помощники преподавателей также будут рядом.
— Есть ли вопросы? — Она облокачивается на стол, скрестив руки. Никто не подаёт голос. — Отлично. Тогда последнее организационное замечание: выбранные вами столы останутся за вами на весь первый год. Вы можете вставить своё имя в специальную табличку на передней части стола и закрыть ящики на ключ, который лежит в верхнем ящике. Не забудьте взять его с собой. Только не оставляйте здесь ничего, что может понадобиться завтра на занятиях по применению или послезавтра — по толкованию, так как они будут проходить в других классах.
— А теперь начнём с основ. — И, покончив с вводной частью, она переходит к лекции.
Я надеялась, что у меня будет некоторое преимущество в нанесении чернил и применении карт. Хотела чему-то научиться, но не особо рассчитывала на это. Нанесение чернил для меня — вторая натура, даже если технически это всегда было для меня незаконно. Но это занятие… будто идёт на совершенно ином языке.
Попытки записывать только вызывают раздражение. Всё настолько выверено и педантично. В её подаче нет ни капли души. Дизайн карты трактуется как формула. Один человек с завязанными глазами, два меча, на фоне моря — все элементы карты Двойка Мечей расписаны до мельчайших деталей. А ещё эти замысловатые рамки, уникальные для каждой масти, которые «удерживают силу» карты… и Рейтана продолжает разглагольствовать об этом без конца.
— Каждая линия на вашей карте должна иметь назначение. Именно по этим каналам течёт магия, и в них же она удерживается, — наставляет Рейтана, проходя между рядами, пока мы работаем. Она останавливается возле моего стола. Я не поднимаю голову, пока её указка слегка не постукивает по моим костяшкам. — Очистите линии, мисс Редуин, если не хотите, чтобы ваше применение карт оказалось таким же хаотичным, как эти наброски. Смотрите сюда…
Она подходит к одному из плакатов на стене и указывает на изящные завитки.
