— Сказала тоже! Это же книги, выдумка!
— Великий Перемежайтис не будет писать ерунду!
— Конечно, — усмехнулся Порк. — Он знает, как зацепить сердца. А ты — фантазерка. Учись различать фантазию и реальность, а то когда-нибудь рухнешь с небес на землю, больно будет.
— Да ты… ты… — Лунолика вскочила, глаза её наполнились слезами. — Дурак ты, вот кто!
Она бросилась вон из столовой.
— Я-то здесь при чем? — Порк посмотрел на меня растерянно.
— А ты подумай, — сказала я и бросилась догонять подругу.
Я нашла Лунолику на той же скамейке, где когда-то страдал Порк. Подруга не плакала, видимо, успела это сделать до меня — глаза были красные — сидела, оцепенев, и молча глядела в пространство перед собой.
Я присела рядом. И тоже принялась молчать. Так мы и сидели какое-то время, в полной тишине, только ветер шелестел в листве.
— Знаешь, — наконец произнесла Лунолика, — я и в самом деле такая дура. Чего-то себе напридумывала… Он прав, мне и впрямь стоит научиться отделять фантазию от реальности.
— Да брось, — сказала я. — Ну нравится он тебе — и что такого.
— Ты не понимаешь, — подруга повернула голову и посмотрела на меня грустно и как-то безнадежно. — Он же прямым текстом сказал, что у нас с ним ничего быть не может, потому что я не знатного рода.
Я озадачилась, пытаясь вспомнить, когда это он успел такое ляпнуть, но припомнить не смогла.
— Когда он такое сказал? — сдалась я.
— Ну как “когда”? В столовой. Сказал, что не верит в любовь между простолюдином и аристократкой. Я-то простолюдинка, а он…
Тут позади зашуршали кусты и послышалось недовольное:
— Ну и насочиняла, — из зарослей вылез Порк, вытряхивая набившуюся за шиворот листву. — Я что, по-твоему, аристократ? Мой отец — повар, мать тоже не из знати.
— Ты что, подслушивал? — воскликнула я, вскакивая.
Лунолика, в отличие от меня, вовсе потеряла дар речи, только глазами хлопала, да рот открывала, словно выброшенная на берег рыба. И лицо у нее было такое странное, что я не могла понять — плакать она собирается или смеяться.
— Шла бы ты, Ада… прогуляться, — мрачно изрек Порк, оттесняя меня от лавки. — Иди вон конюха своего проведай. А то он без тебя заскучал.
Я посмотрела на Лунолику, та кивнула. Я, прищурившись, глянула на Порка и произнесла:
— Только попробуй ее обидеть!
— Иди уже, а?
И я ушла. Подумала, вдруг Рек там и вправду скучает?
Глава 32. В гостях у Река
— Перемежайтис заразен, он размягчает мозги. Вот, Лунолика обчиталась — и всё, пропала.
Я тяжко вздохнула, вспомнив несчастное лицо подруги.
— Да брось, — улыбнулся Рек, — рано или поздно она все-равно бы в кого-нибудь влюбилась.
Мы сидели на куче сена, сваленного возле конюшни, и жевали груши.
Груши были чудесные, моё настроение — не очень.
— В кого-нибудь — это нормально. Но зачем же в Порка?
— И чем он тебе не угодил? — прожевав очередной кусок, спросил Рек.
Моя рука, потянувшаяся к корзинке, замерла.
— То есть как это "чем"? — я уставилась на приятеля. — Ты же сам говорил, что Порк тебе не нравится.
— Ну так это мне. Я же не Лунолика. Если Порку она тоже нравится, то за них можно только порадоваться.
— Да я радуюсь, но…
— Что "но"?
Я подумала — а и в самом деле, чего я переживаю? Если у них там взаимная любовь, что здесь плохого?
— Ты прав, — сказала я, — радоваться надо. Так и поступлю.
Рек глянул на меня изучающе.
— И все-таки тебя это почему-то расстраивает. Почему?
Я вздохнула.
— Да не понимаю я всех этих чувств.
— Ты что, никогда не влюблялась? — удивился приятель.
— Нет, ну почему же… — я смутилась, чувствуя, что ступаю на слишком зыбкую почву. О своих влюбленностях с Реком мне говорить не хотелось.
Да и о чем рассказывать? О том, как в пять лет влюбилась в соседского мальчика или о том, как спустя еще пару лет воспылала чувствами к другому соседу, а потом еще к одному? Не знаю почему, но мои влюбленности всегда ограничивались определенным радиусом, поэтому, когда все соседские мальчишки подросли и разъехались учиться, влюбляться стало не в кого. А потом и я сама уехала в магическую школу, и там любовный вирус меня ни разу не настиг. Также как и здесь, в академии, когда у нас факультет женихов появился. А вот Лунолику настиг. И невест из фан-клуба Порка, и многих других, включая Жабу.
Жизнь бурлила страстями, обтекая меня, как вода огибает торчащий посередине ручья камень. До нынешнего момента меня это не заботило, скорее наоборот — здорово иметь ясную голову и спокойное сердце, не обремененное любовными терзаниями. А сейчас я вдруг подумала — почему это я совсем ни в кого не влюбляюсь?
Хотелось свернуть с темы, но Рек смотрел на меня и ждал ответа.
— Конечно же, влюблялась! — Уверила я его. — Кстати, — в голову пришла спасительная мысль, — я же нашла тебе ту книгу!
— Ты серьёзно? — Рек аж вскочил.
— Конечно! Послезавтра вечером принесу.
— А где нашла?
— Да есть одно место в городе…
Рек нахмурился.
— И ты собираешься идти туда вечером, одна?
— Ну да, а что?
— Я иду с тобой. И даже не спорь! — добавил Рек, едва я открыла рот, чтобы возмутиться. А потом подумала: почему бы и нет?
