На полигоне я отвлеклась, наконец, от дурного сна, и беспокойство меня оставило. Наведаться к Реку я решила просто так, на всякий случай, мне было почти по дороге.
Забежала, поискала — его на месте не оказалось. Вроде бы ерунда, мало ли куда он мог уйти, но меня кольнула тревога. Снова вспомнилась вчерашняя слежка — кому и зачем понадобилось за нами следить? А еще, я до сих пор не узнала, успел ли Рек спрятать книгу.
Времени было в обрез, стоило поспешить в общежитие, чтобы переодеться, взять сумку, а затем успеть на завтрак. Однако я завернула за конюшню и, обойдя сеновал, углубилась в заросли позади конной площадки.
Дорогу у песчаному пляжу я не помнила, в памяти осталось лишь общее направление, и я, прорываясь сквозь деревья и кусты, надеялась, что оно правильное, и я в любой момент увижу спуск, но его все не было.
Вскоре я окончательно убедилась, что иду не туда — заросли стали гуще и непролазней, кусты начали цеплять меня своими колючками — по такой местности мы с Реком точно не проходили.
Пришлось развернуться и бежать обратно. Искать другой путь было некогда, и я, выбравшись из леса, припустила к общежитию с максимально возможной скоростью.
В столовую я ворвалась взмыленная, словно скаковая лошадь. Плюхнула на стол поднос с завтраком и схватилась за ложку. Вот-вот должен был прозвенеть звонок, хотела успеть.
Лунолика и Порк уставились на меня с одинаково ошалелыми взглядами, словно я свалилась с неба, но мне было не до них — мысли мои занимал Рек, ну и завтрак, конечно. А также предстоящий зачёт по дворцовому этикету. Наверняка профессор Слог в курсе, где будет проходить моя практика, и решит отыграться по-полной.
Звонок грянул в тот момент, когда я допила компот, то есть вовремя. Подхватив витающую в небесах подругу, я попрощалась с Порком, и мы рванули навстречу знаниям.
Зачёт я сдала на отлично, хотя стоило мне это кучи сил — Рек с книгой никак не желал исчезать из моих мыслей. Поэтому, едва прозвенел звонок на большую перемену, я… отправилась в столовую, приказав себе не думать о том, чего пока узнать не могу. И провела там "чудесные" полчаса за пищей и разговорами ни о чем с друзьями. И убедилась, что Порк и Лунолика прекрасно обошлись бы и без меня — влюбленные голубки меня напрочь не замечали, пребывая в своём мире.
Конец мучениям положил звонок на урок. И мы с Луноликой вновь пустились бежать…
Время до конца занятий казалось бесконечным. Но вот кончилось и оно. Бросив подруге "пока", я выскочила из аудитории и, кажется, кого-то сбив, рванула прочь из учебного корпуса.
К конюшне я прибежала, побив собственный скоростной рекорд… И там опять никого не оказалось. Зато в стойле обнаружились брошенные впопыхах грабли, а возле двери — тачка с лопатой внутри. Тревога нахлынула с новой силой — Рек никогда не бросал инвентарь где попало.
Я ещё раз заглянула на сеновал, даже на крышу забралась, в надежде разглядеть что-нибудь с высоты, но тщетно, приятеля нигде не было.
Я решила подождать, присела на кучу соломы. Затем прилегла. И не заметила как уснула.
Пробуждение получилось странным.
Глава 35. Пробуждение
Я открыла глаза — и не поняла, где нахожусь. Память подсказывала, что закрывала я их на улице возле конюшни. Теперь же я оказалась в каком-то незнакомом помещении. Судя по сырости и отсутствию окон, в подвале. Вокруг царил полумрак, разгоняемый лишь расставленными на полу свечами, да парочкой чадящих факелов на стенах. В центре комнаты находился столик, на котором стоял кубок, а рядом поблескивал длинный металлический предмет.
А ещё я оказалась привязана к стулу, рот мой стягивала повязка, не дающая произнести ни слова.
Зато я могла вертеть головой, мычать и дёргаться, чем и занялась.
И вскоре услышала ответное мычание, доносящегося из дальнего угла.
Я напрягла зрение, силясь разглядеть источник звука, и вскрикнула, осознав, что это привязанный к стулу Рек.
Мерцающие свечи мешали разглядеть как следует, но я была уверена, что это он. Значит тот, кто за нам следил все-таки до него добрался. Это плохо, однако нет худа без добра — Рек жив.
Так, а что же со мной? Почему моя защита не сработала? Я повертела руками, силясь выпутаться из веревок… и обнаружила, что браслетов больше нет.
И все-таки я знала, что безвыходных ситуаций не бывает, а значит надо искать, как отсюда выбраться.
Я снова принялась осматриваться и только сейчас заметила, что свечи на полу расставлены вовсе не хаотично — от них друг к дружке тянутся нанесённые мелом линии. Пентаграмма! Причём мы с приятелем тоже в неё включены — стулья стоят на пересечении линий. По спине побежали мурашки. Во что же мы с Реком вляпались?
Надолго задуматься мне не дали — за спиной скрипнула дверь, затрепетало пламя свечей, и, стуча каблуками, в помещение вошла… Жаба.
Взгляд её полыхал ненавистью, в руках была книга, небольшая, очень знакомого вида.
— Очнулась, мерзавка? Замечательно! — выпалила она мне в лицо. — Тогда приступим, — придержав подол платья, чтобы не задеть свечи, Жаба вошла в центр пентаграммы. Полистав, открыла книгу и положила её на столик.
