Вот только зачем? Чем им быть недовольными? Белокаменный город Альваро все еще стоял у меня перед глазами, с его мраморной набережной, яркими витринами магазинов и нарядными дамами в широкополых шляпках. У меня в Сумерках была совсем другая шапка, меховая, с завязками под подбородком, чтобы не задувало в уши. Жизнь на солнечной половине казалась сплошным удовольствием. Если бы я родилась там, то и думать не стала бы о тенях и Сумерках – ела бы мороженое да гуляла под ручку с каким-нибудь чаром. С кем-нибудь высоким и смуглым, с искрами в серых глазах и ослепительной улыбкой. И его мать не таращилась бы на меня с ужасом, а быть может, даже захотела подружиться…
Вздохнув, я подошла к двери, но она открылась мне навстречу.
– Мэдерли? – удивился Кейден Монтега. – А что это ты тут делаешь?
Я попятилась от неожиданности, и кровь прилила к щекам. Кейден прикрыл за собой дверь и шагнул мне навстречу.
– Привет, – выдавила я в панике.
– Приветик, – протянул он. – Так что ты тут забыла, маленькая тень?
– Ничего, – сказала я и облизнула губы.
Монтега перевел на них взгляд и, усмехнувшись, обнял меня за талию.
– Давай я попробую угадать, – предложил он. – У меня сразу два варианта. Первый – ты пробралась в дом Строка с какой-то целью. Допустим, захотела что-то украсть.
– Да ты что! – возмутилась я. – Посмотри вокруг. Что тут красть? Пыль да окурки?
– Какие-нибудь бумаги, схемы, – пожал Кей плечами. – Информацию. Строк вроде оказывает консультации в частном порядке.
– А второй вариант? – с надеждой спросила я. Первый мне совсем не понравился. Уж слишком близко к правде.
– Второй… – в голубых глазах Кейдена вспыхнули жадные искры, и он притянул меня к себе теснее. – Ты подслушала, что Строк послал меня в кабинет за схемой, и решила, что это отличный шанс, чтобы остаться вдвоем. Потому что я тебе очень нравлюсь. Так какой вариант ты выбираешь, маленькая тень?
Я затравленно посмотрела ему в глаза, но третьего варианта Монтега не предлагал.
– Второй? – спросила она.
– Отличный выбор, – одобрил он, улыбнувшись. – Тогда предлагаю не терять время даром.
Кейден обхватил мой затылок ладонью и, склонившись, поцеловал меня в губы.
Вот так, нежданно-негаданно, я получила ответ на еще один вопрос. Монтега вроде бы делал то же самое, что и Себастиан: его губы трогали мои, и упругий язык нежно, но настойчиво проникал в рот. От Кейдена хорошо пахло, и его руки тоже знали, что делать. Но никакого света и волшебства. Уверенные ладони огладили мою спину, разместились на ягодицах, по-хозяйски их сжав, и я уперлась ладонями ему в грудь.
– Что такое, Мэди? – прошептал Кей. – Разве мы оба здесь не за этим?
– Ты ведь пришел за схемой! – вспомнила я.
– Точно, – подтвердил он. – Но она не убежит. У тебя сладкие губки, Мэдерли Эванс, но я пока не понял, отчего Баса так растащило. Давай попробуем еще разок. Или мне спуститься вниз и рассказать Строку, что ты рылась в его бумагах?
– Я не думаю, что ты опустишься до шантажа, – заявила я, глядя ему в глаза.
– И это очень опрометчиво с твоей стороны, – сказал Кей.
Он склонился ко мне, но дверь вновь распахнулась. Кажется, я просчиталась с планом.
– Строк сказал… О, – глаза Найрин округлились, а потом она расплылась в абсолютно счастливой улыбке. – Схема во втором ящике стола. Не буду мешать.
Дверь за ней захлопнулась, и послышались торопливые шаги.
– Забавно вышло, – сказал Кейден. – Увы, Мэди, теперь наши чувства ни для кого не секрет. Но мы ведь и не собирались их таить?
– Да иди ты во тьму! – выпалила я и, оттолкнув его, выбежала из кабинета и, спустившись по лестнице, подкралась к залу.
– … да они там в Сумерках все такие, – рассказывала Найрин, и ее голос звенел от восторга. – Попала в приличное общество и времени не теряет.
– Говорили, она с Альваро, – послышался чей-то неуверенный голос.
– Чушь, – убежденно отрезала Найрин. – Мне жаль, профессор Строк, что в вашем доме творится непотребство.
– Молодость, – без особого осуждения сказал он. – Ладно, давайте пока закончим с обедом. Жаркое изумительное. А там и наш Монтега вернется. Дело нехитрое.
Он хохотнул, а я метнулась на кухню, пунцовая от стыда.
– Где ходишь? – недовольно спросила повариха. – Скоро уж доедят.
– Дальше без меня, – сказала я, снимая фартук.
– Так мы не договаривались! – возмутилась она. – Я тебе не заплачу!
– И ладно, – ответила я. – Доставайте кексы, а то пригорят.
Я вышла через черный ход и побежала домой.
Подумаешь, целовалась с парнем. Тут, в академии, не особо блюдут целомудрие. Было бы куда хуже, если бы меня поймали с артефактом.
Но Найрин расскажет Басу. Ему первому. Добавит красочных деталей, смакуя каждую мелочь.
Я замедлила ход, приближаясь к башне Альваро, пытаясь понять, почему это меня так волнует? Я выполнила задание Первого, я должна пищать от восторга. Почему же мне хочется плакать?
***
