"Вышла из ванной — наткнулась на ослепительного и бесстыдного красавчика в собственной кладовке.Но это еще полбеды. Именно из-за него попала в настоящую академию драконов в другом мире. Теперь, чтобы выжить, придется притвориться его… Невестой!Невестой невероятно соблазнительного, горячего и своенравного дракона.Да только эта идея нравится далеко не всем."Вас ждет море страсти и масса интригующих приключений.
Пролог
— Аморин Ксанор де Нэвариус, не смей отворачиваться от магического шара, когда я с тобой разговариваю! — требовательно произнес мужчина с синими глазами из зеленоватой сферы на стойке у самого окна.
Аморин поморщился, но вынужденно вновь повернулся к папаше, в чьих глазах играют всполохи, выдавая в нем дракона. Тот завел новую привычку связываться с ним в дикую рань, пока вся академия Шэон спит.
И он в том числе.
Сейчас Аморину пришлось склониться над шаром пониже, чтобы заслонить своим полуголым торсом кровать, на которой свернувшись калачиками, посапывают две девушки. Как их… Хотя, ладно. После праздника весеннего разлива они сами не вспомнят, что творилось.
Он откинул серебряную прядь со лба и, сунув пальцы подмышки (из окно неприятно поддувает), произнес:
— Я просил не связываться без предупреждения.
— Я твой отец, — отозвался из магической сферы Гатир де Нэвариус, — я оплачиваю твое обучение в академии Шэон, и буду связываться, когда захочу. Ясно?
Он требовательно посмотрел на сына синими, как два куска льда, глазами, в которых полыхает пламя. Холодное пламя драконов ледяного побережья.
Аморин нехотя кивнул — родитель прав, все счета за его обучение и гулянки оплачиваются из семейной казны. Но это цветочки, по сравнению с азартными играми папани и братца Лазурита, которые продули уже половину активов.
Аморин искренне надеялся, что однажды завещание деда вступит в силу, и он возьмет в руки управление золотыми запасам семьи де Нэвариус. Сам бы он справился с этой задачей куда более эффективно.
Отец словно прочел его мысли — губы искривились в довольной и какой-то победной улыбке.
Он проговорил:
— Сегодня, наконец, открыли шкатулку с завещанием твоего деда Ксанора, в честь которого, если вдруг забыл, тебя назвали. Семейный поверенный подтвердил твое право вступления в наследство…
— Слава огненной Илире, — выдохнул Аморин, ощутив, как с плеч прямо гора сваливается.
Даже не верилось, что он, наконец, выскользнет из этой жуткой и невыносимой опеки, тотального контроля отца, который почему-то уверен — сын без его участия ну вот ни за что не сможет распоряжаться своим образованием, финансами и вообще — жизнью. Может из-за старшего брата, Лазурита де Нэвариуса, рядом с которым он для отца всегда не достаточно ледяной, не достаточно пламенный, и вообще — не достаточно.
И теперь все — оковы падут. Он возьмет управление жизнью и деньгами в свои руки и лапы. Уже давно пытается сделать это, даже распределяет траты сам — вон, его переговорный шар создан самим Шарусом Вормином, гениальным виверном и ученым.
* * *
Только снисходительная улыбка ненаглядного родителя в гладкой поверхности шара как-то совсем не вдохновляла.
— Я знал, что ты обрадуешься, — проговорил Гатир де Нэвариус, как-то нарочно растягивая слова, — как и пункту в завещании о твоей женитьбе.
Аморин вытаращился в магический шар и вцепился в его стойку пальцами.
— Женитьбе? — оторопело выпалил он.
— Именно, — довольно отозвался его родитель. — В завещании ясно сказано, что оба внука Ксанора де Нэвариуса получают доступ ко своей доле наследства только после того, как обзаведутся официальными женами и будут уверены, что род де Нэвариусов на них не прервется.
Аморин ушам не верил.
Да как так?
Опять его папаша умудрился вывернуться так, что никак не получается уйти от его неусыпного и удушающего контроля. Какая свадьба? Он дракон! И имеет право, во-первых, на законную ветреность (это закреплено в декларации драконов еще со времен первых Агариносов!), а, во-вторых, если уж ему приспичит жениться, то сделает это по своей воле, а не потому, что родителю приспичило.
Ах, да. У родителя ведь свои планы на его часть наследства.
Нет уж, дорогой папаша, не выйдет.
— А Лазуриту ты уже сообщил эту расчудесную новость? — выдавил Аморин сквозь зубы. Кто бы мог подумать, что такая обалденная ночь превратиться в такое кошмарное утро.
Губы Гатира в магическом шаре растянулись в сухой улыбке.
— Лазурит в курсе, — сообщил он. — И, если ты не знал, у него на примете уже давно есть подходящая особь… особа.
Особь. Конечно, громкоговорящая оговорочка.
— А для тебя я уже подобрал девушку и она едет в академию Шэон для знакомства, — закончил Гатир.
Вот этого Аморин выносить уже не собирался. Папаня не просто давит на него — он решил устроить всю его жизнь, а потом (ну а как иначе?) запустить когтистые лапы в дедову казну, которую тот собирал не одну сотню лет.
— Хорошего дня, отец, — выдавил он сквозь зубы и сделал быстрый пас над магическим шаром.
Изображение в нем тут же потухло, а Аморин, на бегу натягивая блестящую рубашку и брюки, выскочил из комнаты. Знакомиться с какой-то непонятной подсадной уткой, которую папаня наверняка вынудил согласиться на эту аферу — еще полбеды.
Но еще больше Аморину не хотелось подыгрывать, сдаваться перед родителем, который всю его жизнь почему-то не доволен младшим сыном-драконом.
Куда он пойдет?
Да Илира его знает…
