Первый и последний раз? Что? Он даже не прочитает долгую лекцию? Не загонит в подвалы на отработку? Не заставит разбирать склады на кафедре некромантии? Об их складах, кстати, среди ненекромантической части академии ходили такие байки — заслушаешься. А по факту просто тысячи баночек с разными назначениями и наименованиями. Если не читать написанное на них, то и не страшно вовсе. Ну, глаза и глаза, пусть в стеклянной банке, в темноте комнаты их вообще можно принять за какие-то соленья.
Я мысленно себя одернула. В последнее время начала себя ловить на том, что мой юмор постепенно становится слишком уж циничным, а поступки все более необдуманными. Словно мне вдруг стало нечего терять.
— Ты меня поняла? — строго спросил мастер Дэрот, продолжая буравить сердитым взглядом.
— Поняла, — кивнула, толком не понимая, как я так легко отделалась.
От удивления даже с места двинуться не смогла, пока мастер Дэрот молча не развернулся и не направился по своим некромантским делам.
Вся эта выволочка показалась мне ну очень странной. Я чувствовала, что что-то упустила. Что-то очень и очень важное.
Но вместо того, чтобы как следует это обдумать, я направилась в столовую. В последнее время всякий раз, когда я сталкивалась с какой-то тяжелой задачкой, шла есть. Благо Толстуха Марджи зачастую шла навстречу, если вопросы у меня появлялись в неположенное для завтрака, обеда или ужина время.
Узкие брюки, теплый шерстяной свитер мужского фасона, широкий пояс и длинный теплый плащ, доходящий почти до пят. Этот плащ — первая серьезная покупка в моей жизни. Как только температура начала спускаться ниже, я поняла, что постоянные прогулки до полигона, «Слепого крота» и занятий по боевой магии, все еще проходящих на улице, могут с легкостью вызвать простуду. А длинный темный плащ с густой овечьей подкладкой — мой персональный сорт спасителя.
До «Слепого крота» мы почти всегда добирались порознь, реже парами. Как говорил принц: «Это вызовет меньше подозрений». Как мне кажется, строго наоборот — одиноко блуждающие по дальним кварталам города девушки всегда вызывают вопросы. Потому я — да и Кристин с Лил — всегда прятали волосы под капюшон. И с точностью могу сказать, одиноко шагающая фигура, завернутая в плащ, — это буквально вопящее «посмотри на меня немедленно».
Но благо никто не подходил с навязчивыми вопросами. Подобных подозрительных кадров в дальних кварталах города хватало и без нас.
— Привет, Сидди, — поздоровалась я, подходя к стойке.
Светловолосая девушка-подавальщица моих лет приветливо улыбнулась и кивнула. Сегодня в таверне было много клиентов, потому перекинуться и парой слов не удалось, она лишь всучила мне ключ от верхних комнат и направилась к одному из мужиков, сидящих у окна.
Комнаты, которые принц выкупил пару месяцев назад, не отличались ни роскошью, ни лоском, но уже стали какими-то родными. Я пришла первой, потому сразу подбросила в камин дровишек и направила туда огненную ящерку, созданную благодаря помеси артефакторики и природной магии. Пламя занималось почти сразу, как ящерка ступала на древо своими лапами.
Помещение медленно наполнялось теплом, начинала оттаивать и я. Мелкий, но холодный дождь напополам с резким ветром ну никак не способствуют долгим прогулкам.
— Ты уже тут? — стоило мне устроиться в ближайшем к камину кресле, как в комнату вошел Марк. — Ты сегодня рано. Удалось поговорить с Нэдом Ансельмом?
— Удалось, — кивнула. — Только я не уверена, что перед ним сразу же стоит открывать карты.
— Ты ему не доверяешь? — Принц чему-то усмехнулся.
— Не думаю, что мы производим достаточно весомое впечатление. — Я зябко поежилась и звонко чихнула. Вот только простуды мне не хватало.
Какой бы полезной ни была лекарская магия, от самой простой и популярной болезни она не лечила, а все лекари в один голос твердили: «Семь дней с народными средствами или неделю без них».
— Пока что мы похожи на кучку разбушевавшихся и не повзрослевших детей.
— Это даже хорошо. — Марк сел в соседнее кресло и вытянул ноги. — Значит, до определенного момента нас никто не будет воспринимать всерьез.
— Кажется, твоя матушка уже начала.
— Брось. Если бы она чувствовала реальную угрозу, я бы уже валялся в какой-нибудь безымянной могиле. Пока же она всего лишь отправила ревизора, который должен за мной следить. Кстати, твои амулеты и правда работают.
Я улыбнулась. Если бы еще полгода назад мне сказали, что я буду делать экспериментальные артефакты, я бы рассмеялась. Очень громко. Сейчас же придумывать и творить новую магию не составляло никакого труда. Правда, Лил изо всех сил меня убеждала, что за этим занятием я просто пытаюсь спрятаться от проблем, а не решаю их. Кристин ей вторила и предлагала развеяться.
Я же до сих пор не могла понять, почему на сердце такая тяжесть. Ощущаемая почти физически, ночами мешающая дышать и заставляющая просыпаться в холодном поту. Грешила и на Кальму, и на тех магов-менталов, с которыми мне пришлось столкнуться четыре месяца назад.
