Жила себе, была... Ну нет, тут совсем не о сказках и приключениях Ивана-Царевича или других мифических персонажей. Здесь настоящая жизнь одной четырнадцатилетней девочки, которая является лучшим учеником Академии Гениусов. Да, название говорит само за себя, но ведь и гении -- люди, которым неподвластны собственные чувства. и самое страшное из этих чувств -- любовь. Любовь к тому, кто, нет, даже не предал, а бросил, к своей первой и единственной любви. И что же ждёт юную Эллен? Испытания, ложь, новые предательства и всё это ради самого ценного приза ... любви.
Глава 1
— Эллен, ты меня слушаешь?
— Ммм, очень хорошо слушаю. — Про себя я лишь медленно и обречённо вздохнула. Как же я надеялась, что хоть сегодня мама перестанет меня…
— А может ты всё-таки никуда не поедешь? — … отговаривать… Я тут даже мысль не успеваю сформировать, а кто-то заученными фразочками старается оставить меня дома.
— Мам, мы это уже обсуждали тысячу раз. И скажу тысячу первый. Я поеду в Академию Гениуса, при чём ты это знаешь, но всё равно стараешься запереть меня в обычной общеобразовательной школе, где для всех я изгой.
Мама судорожно вздохнула, она что совсем не дышсла всю мою речь? Ну это уже совсем… плохо…
— Эллен, милая, ты слишком юна, чтобы поглощать такие объёмы знаний.
Кто бы говорил.. сама ведь она именно в Академии и училась, кстати говоря, там же познакомилась и с папой. А мне в наследство перешёл их, двойной дозой усиленный, интелект.
— Доченька, вот, скажи, что ты сейчас читаешь?
Чего она никак не угомониться? Ладно, отвлекаюсь от чтения книг и вижу мамочку, с собранными саквояжами, которые дожидаются моего окончательного решения.
— Сейчас читаю лёгкую литературу… “Материка высших разрядов нейрологического и нейрического законного противостояния природе друг друга”! — и всё с такой милой детской улыбочкой. А улыбочка у меня что надо! Волк, увидев, пойдёт ко мне в ученики.
Мама тихо сползла по стеночке… буквально… а что, я её полностью понимаю, но с генами даже я спорить не буду хуже будет.
Мама сидела на полу, зарывшись в каштановые волосы, закрыв ими заплаканное лицо, её руки судорожно сжимали платок, полностью влажный от слез, но вот чего я совсем не ожидала, что мама скажет мне такое:
— Эллен, ты совсем не понимашь, куда ты ввязываешься.
Отбросила книгу, взяла с полу два полных саквояжа, чмокнула свою рыдающую маму в щеку, мокрую и солёную от слёз, и своим ходом пошла к карете.
Глава 2
— Мисс Эллен, очень рад, очень рад вас видеть. Я имел огромную честь знать вашу мать, мать вашу. Наша Академия славиться самыми умными выпускниками, да умными. — Директора, что заклинило? Смутно воспринимаю информацию о расположении кабинетов, лабораторий, залов, помещений. Когда надо, я все равно всё вспомню.
— Извините, лорд Грейндер, — начала я, но мне не дали сказать и слова.
— Мисс Эллен, не стоит тратить время на пустые разговоры, отнимающие время и словарный запас.
Пораженно смотрю на лорда-директора. Странный он какой-то…
В комнату, где происходил монолог директора, вошёл молодой человек.
— Сейчас я прошу вас пройти за Риком, — небольшой кивок в сторону парня, — в аудиторию для сдачи экзаменов.
Директор, посмотрев на меня, добавил:
— Мисс Эллен, это требует незамедлительного подчинения приказам.
Постояла, подумала, решила последовать просьбе, или даже приказу. Рик, улыбнувшись мне, приоткрыл дверь комнаты, галантно пропустил вперед и прикрыл дверь, оставляя учителя и служанок, которые разбирали мои вещи, позади. До ауодитории мы шли молча, лишь мило улыбаясь не знаю чему.
Глава 3
И вот сижу я сейчас, решаю несложный тест, листов так в восемь мелким шрифтом. Кое-что заставляет подумать, ну да гены и неизвестное знают.
“Так, вопрос номер сто шесть. В империи Колоншерь в 3987 году произошла война между Гавралами и Ентаньерами. Укажите причины начала войны.”
Одну я помнила точно, дословно, поэтому сразу приступила к записи:
“Причина первая: точная дата переговоров неизвестна, но прошла она в 3985 году, после чего между двумя знатными родами было подписано временное перемирие… В 3986 году осенью 4 лайкунта (сентября) род Ентаньеров нарушил запрет о смертной казни, повесив на глазах у всего народа предателя, который год за годом докладывал всё, что происходило внутри рода Гавралам. Предателем оказался средний сын Ентаньеров.”
Вторую причину я записала также, и третью тоже.
Но больше всего меня удивил вопрос под номером четыреста сорок девять, предпоследний, кстати.
А вопрос состоял в том… “Как вы относитесь к понятию “любовь”?”…
В голове сразу побежали совершенно не относящиеся школе мысли о … моей первой любви.
***
Мне тринадцать.
Странно, я нередко забываю дни своей жизни, так как память у меня отменная лишь к знаниям, но этот день прошёл не как в тумане. Тогда я училась в последнем, одиннадцатом, выпускном классе общеобразовательной школе номер шестьсот шестьдесят шесть. Не правда ли приятный звучанию номер? Хотите увидеть Сатану, приходите к нам! Так сказать, номер школы — местная самореклама.
Ну, да не будем об этом.
Первым уроком, как и всегда в четверг, у нас стояла физкультура. Наверное, многие в моём возрасте от восторга бы прыгали, если бы учились со сверстниками…
Я, как самый умный ребёнок нашей школы, была экстерном переведена с пятого класса сразу в одиннадцатый. Просто сдать экзамены после пятого класса мне не дали… не доверяли, что ли. Ну и представьте ситуацию, когда в спортзале бегают высоченные красотки и красавцы, а я серой мышкой плетусь позади всех, постоянна толкаемая другими, сбиваемая с шага, падающая на пол. и ведь ни у кого ни капли сожаления в глазах. Одна неприязнь, один холод… ненависть.
