— Я не брошу Гарри. — Глубокий вдох. Резкий выдох.
— Ты сделаешь это.
— Не сделаю.
— Ты смеешь перечить матери?! — снова повысила голос она, нетерпеливо притопывая ногой. — Либо ты это сделаешь, либо можешь забыть про учебу в академии. Разговор окончен.
Два последних слова прошлись по сердцу невидимым тонким лезвием, оставляя неглубокую болящую рану.
В одно мгновение тремор стал сильнее, глаза не смогли больше сдерживать слезы обиды. Внутренний переключатель эмоционального состояния дал сбой, высвобождая накопившуюся агрессию.
— Я тебя ненавижу! — выкрикнула Джинни, громко всхлипнула и выбежала за входную дверь, пытаясь сморгнуть влагу с ресниц.
«Зачем она так? Что я ей сделала? Почему?» — панически думала она, концентрируясь на боли.
Хотелось убежать как можно дальше от матери, от этого дома, хотелось банально побыть наедине с собой, переварить сложившуюся ситуацию. Джинни никогда не убегала из дома, но сейчас, именно в этот момент, другого выхода не видела.
Быстро направляясь к главным воротам и желая скорее почувствовать себя хотя бы на малость лучше, она не придала значение въезжающей на территорию красно-черной машине. Это был ее брат Рон.
Небрежно припарковавшись, он неторопливо открыл дверь и уставился на Джинни.
— Эй, рыжик, че ревешь? — в шуточной манере спросил он.
Она посмотрела на него с яростью и презрением, будто это из его уст только что лились грубые слова в ее сторону.
— Машина… — под нос прошептала Джинни, меняя курс с калитки на парковку.
Поддавшись всплеску адреналина, она в несколько больших шагов оказалась около Рона, взяла его за ворот двумя руками и, приложив немало сил, вытолкала с водительского сиденья перед тем, как громко закрыть дверь перед его носом.
— Какого хера?! — выкрикнул он, с трудом устояв на ногах.
Но Джинни не слушала, блокируя двери. Повернув ключ зажигания на сто восемьдесят градусов и быстро сделав несколько нехитрых движений с коробкой передач и тормозом, она грубо вжала педаль газа в пол и направилась прочь с территории участка, задевая боковым зеркалом Рона.
— Блядь! — проматерился он, отпрыгивая и хватаясь за место удара. — Больная!
Крепко сжав руль, Джинни выехала на ночную трассу, желая забыться в скорости. Она ехала так быстро, что проезжающие машины только и успевали недовольно сигналить ей вслед.
— Быстрее, быстрее… — шептала она, едва ли следя за дорогой.
Шестьдесят миль в час. Она громко всхлипывала, изо всех сил пытаясь успокоиться, не думать о матери, о чертовых правилах и стереотипах, о… Гарри. Джинни с трудом вытолкнула навязчивые мысли, как он занимался сексом с другой. Становилось больно. Больно и одиноко.
Восемьдесят миль в час. Быстрее. Ей нужно было быстрее. Она хотела разогнаться до такой степени, чтобы адреналин и страх опустошили голову, хотела забыться и не существовать в эту минуту.
«Мама. Гарри. Измена. Мама. Гарри. Измена». — Слова снова и снова крутились в мыслях, доводя до истерики. Тревога внутри разрывала на части.
— Как же все достало! Прочь из моей головы! — громко прокричала Джинни, максимально вдавливая педаль газа в пол.
Сто пятьдесят миль в час. Руки затряслись от скорости. Она чувствовала себя некомфортно. Пульс учащался, и смотреть по сторонам становилось настолько пугающе, что казалось, будто она вот-вот упадет в обморок, если хотя бы немного двинет головой.
Через несколько минут она услышала звук сирены. За ней ехала полицейская машина, пытаясь догнать.
— Черт… ч-черт! — сорвалось с губ.
Ей совершенно не хотелось быть пойманной, не хотелось разговаривать с кем-то и тем более выходить из машины.
Если мать узнает, что ее остановил полицейский, — ей конец. Но попытка избежать встречи с представителями закона казалась менее удачной идеей.
Джинни сжала руль до побеления костяшек.
Ей нужно остановиться.
— Хорошо поработали сегодня, правда? Ладно, Лиана, увидимся, — доброжелательно проговорил Гарри, покидая зону съемок на пятом этаже.
Сегодня выдался продуктивный рабочий день. Все кадры будущего порнофильма получались почти с первого раза, а шутливое настроение Трелони и Минервы только добавляло интереса в постановку.
Время пролетело незаметно и приятно. Давно Гарри не испытывал такого удовольствия от съемок порно. Все-таки классический секс с интересной предысторией и оральными элементами был одним из любимых клише.
Он спустился на первый этаж и сел на большие мраморные ступени около главного входа Академии Икс. Это место нравилось ему из-за фонтана, умиротворяющее журчание которого успокаивало, наполняло тело энергией, а душу — смыслом. Своего рода легкая медитация.
Прикрыв глаза и откинувшись на локтях, Гарри погрузился в мысли, не желая идти домой.
Он думал об окончании аспирантуры, о будущей карьере, о семье. Четыре года. Еще четыре года, и он сможет выпуститься из академии, отдавая себя в руки порноиндустрии.
— Я же этого хотел, да?.. — задался вопросом он, не думая, что его могли посчитать за сумасшедшего, разговаривавшего с самим собой.
— Не думаю, — раздался тихий сладкий голос над ухом.