Конечно, в первые несколько недель после произошедшего он не мог спокойно смотреть на того, кого много лет называл другом. Поступок Драко никак не мог уложиться в голове. Гарри думал и думал… почему? Зачем? Но ответы не давал ни Драко, ни кто-либо еще.
Время шло, углы сглаживались… на место ненависти пришло странное чувство ответственности.
Гарри начал присматривать за Драко, стал его совестью, от которой тому время от времени становилось тошно. А как иначе? Он не мог позволить Драко делать что ему вздумается, не мог позволить, чтобы еще одна девушка пострадала так же, как Дафна.
Нет, он не простил его, хуже — он стал тенью Драко, что контролировала все подозрительные действия с его стороны, не позволяя спокойно бесчинствовать.
— Молчишь, мм… — Дафна усмехнулась.
— Не простил, но это не значит, что я буду жить с ненавистью в сердце, мечтая о мести за… тебя. — Он хотел сказать «за любимого человека», но что-то подсказывало, что эта фраза была неуместной.
— Не пытайся меня отговорить, Гарри, — отрезала Дафна, вставая с кресла. — Я не желаю тебе зла, но прошу тебя, как старый друг, не стой у меня на пути. — Она почти прошла мимо, но остановилась у его плеча и перешла на шепот: — Иначе мне придется причинить тебе не меньше боли, чем испытает Драко Малфой.
Это были ее последние слова перед тем, как Гарри понял, что в тот вечер, полтора года назад, его Дафна умерла, оставив после себя холодную, переполненную ненавистью суку.
Сегодня за столом в гостиной Гринграсс сидели не только хозяева поместья, но и семья Забини в неполном составе — старший сын Олиетты и Оливера опаздывал.
Семья, в честь которой был устроен званый ужин, владела самой крупной редакцией в Лондоне — «ZabNews». Именно они задавали тренды города, освещали самые интересные события и делали так, чтобы любая новость могла взлететь, оставаясь на устах лондонских жителей далеко не одну неделю.
Отец, сидя рядом с высоким кустовым растением, вдруг громко закашлял, привлекая внимание. Он поднялся из-за стола с бокалом дорогого вина и улыбнулся, медленно осматривая всех добрым взглядом.
Кажется, у него было хорошее настроение.
— Что же, видимо, молодой Забини не скоро к нам присоединится, но ничего! Я тоже в его возрасте ставил работу выше семьи, поэтому считаю это нормальным, — со смешком сказал он. — И все же как я рад, как рад!
Астория прищурилась. Она до последнего не хотела обращать внимание на отца, со скучающим видом перемешивая крем-суп в тарелке, но когда он дважды повторил слово «рад», она заинтересовалась и внимательно посмотрела сначала на отца, затем на сестру.
Дафна как-то хитро улыбалась, смотря на Асторию то ли с вызовом, то ли с насмешкой.
«Слишком самодовольная улыбочка даже для нее», — подумала Астория.
— Дорогая Дафна, наша любимая девочка, — продолжил отец, не обращая внимание на то, что Астория сжала столовые приборы от негодования. — Ты знаешь, мы с мамой тебя очень любим и ценим, и когда ты пришла к нам и сказала, что хочешь этого, мы тут же позвонили Оливеру и договорились о встрече, ну а дальше… вот как все вышло. Как я рад!
Олиетта и Оливер Забини по-доброму улыбнулись, поднимая бокалы. Спустя несколько секунд этот же жест повторили Дафна и мать.
Только Астория и Гарри сидели неподвижно, не понимая, что происходит. Они смотрели то на Дафну, то на счастливых Забини, и глупо хлопали глазами, пытаясь составить логическую цепочку происходящего.
— Астория, ну что ты как неродная, солнце, — сказала Олиетта, повернувшись к ней. — Гарри, — женщина одобрительно кивнула ему в знак внимания, — давайте же поднимем бокалы!
— Л-а-адно, — лениво протянула Астория, искренне не понимая, за что они хотели выпить. — Гарри, давай выпьем. — Она повернулась к нему и состроила измученную гримасу.
Если не понимаешь, что происходит — просто делай вид, что понимаешь. Правило общества или лайфхак «Как не быть дебилом в глазах других».
Наконец все бокалы оторвались от стола.
— Ура! — воскликнула мать. — Выпьем же за молодых, за Дафну и Блейза! Мы рады, что наши семьи скоро станут одним целым!
Дафна первая поддалась порыву и начала чокаться бокалами с родителями Блейза, весело хихикая, улыбаясь и то и дело посматривая на сестру.
Астория и Гарри замерли.
Для Астории в одночасье перевернулся весь мир, который она хранила в себе с теплой надеждой на будущее.
В один миг месть Дафны и счастливые деньки с Блейзом где-то на Шри-Ланке стали осколками разбившегося о скалы зеркала. Она была разбита. Сердце предательски заныло от боли, шум от звона бокалов становился с каждой секундой более туннельным и отдаленным. Земля уходила из-под ног.
Чувство реальности постепенно угасало.
Дзынь!
Звук разбившегося о стол стекла наполнил гостиную. Вино, оказавшееся на свободе, залило не только белоснежную скатерть, но и черное платье Астории.
Все замолчали.
— Астория! — воскликнул Гарри. — У тебя кровь!
Не дожидаясь разрешения выйти из-за стола, он взял ее на руки и понес в ближайшую ванную комнату.