А Мар? Мысли об Адемаро были для Люки под запретом, но сейчас она не смогла не подумать о нём. Пантера говорила, что видела сражение Мара с королём. Что бы это значило? Может, Мар понял, что Его Величество – злодей, и пошел против него?
Она и сама понимала, насколько это было притянуто за уши. Где он сейчас? Чем занимается? Поможет ли ей, если узнает, что она угодила в темницу? Люка даже не догадывалась. Он был гвардейцем короля и его двоюродным братом, потому вряд ли восстанет из-за какой-то студентки, с которой несколько раз приятно провёл время. Но почему же во снах Иштар Мар дрался с Зенекисом?
- Меня иногда одолевают мысли, - Люка содрогнулась, услышав голос Лоренса Юлёнена, своего отца, - чем стало бы счастье, обрети оно форму?
- Ты слишком ударяешься в пространственные размышления, Лори, - вздохнула мама.
- Это помогает мне не потерять себя, - серьезно ответил папа, - так что скажешь, Реджина?
- Оно уже обрело форму, - ответила мама, и тут же затосковала, - оно воплотилось в наших детях.
Вопреки всему – этой ситуации, грустному голосу мамы и их общему бедственному положению, Люка ощутила неконтролируемую злость. Такую, какой уже давно не чувствовала. Счастье воплотилось в их детях, надо же! В каких это, интересно? В тех, что они оставили на произвол судьбы? Тех, что остались без денег, в пустом доме, из которого судебные приставы вынесли всё до последней ложки? Тех, что они сами поставили на второе место после принцессы?! Люку просто затрясло от ярости, и, когда вдали коридора послышались шаги, она и не подумала отступить назад, в тень. Наоборот, она встала и вновь взялась за решетки, ожидая того, кто придёт.
Плайтон шел медленно, словно волочил ногу за собой. Люка с глубоким удовлетворением отметила, что Виндолен все-таки удалось его ранить. Штанина на левой ноге Вария была окрашена кровью почти полностью, на руках виднелись порезы поменьше.
Когда он поравнялся с Люкой, то смерил её безразличным взглядом. Даже ничего говорить не стал, и прошел дальше. Люке это было только на руку – ей не хотелось, чтобы родители услышали её голос.
Но всё пошло куда хуже, чем Люка предполагала. Она слышала, как Плайтон отпер одну из камер дальше по коридору, дальше последовала какая-то возня.
- Что? – сонный голос Зирайны Люка не смогла спутать ни с чем. Она была здесь, рядом, в одной из камер! Просто ещё не пришла в себя!
- Доброе утро, принцесса.
- Нет! – вскрик Зирайны прошелся по слуху Люки, как нож, - не смей меня трогать, урод!
- Плайтон, отпусти её! – Люка услышала, как вскинулся её отец, - она же ещё дитя! Она ни в чём не виновата!
Но Варий не внимал мольбам. Когда он тащил сопротивляющуюся и исходящую в истерике Зирайну мимо камеры Люки, она подбежала к решёткам и протянула руку принцессе. Та ухватилась за неё, как за своё последнее спасение. Плайтон лишь сильнее дёрнул Зирайну в сторону, и их руки разъединились.
- Помяни моё слово, Плайтон! – закричала Люка ему вслед, - это последний день в твоей жизни! Последний!
Но принцесса кричала так, что Варий вряд ли услышал ей слова. И лишь когда Люка стала бессильно колотить руками по стенам, услышала тонкий мамин оклик.
- Люка? Это правда ты?
Мамин голос звучал встревоженно, и Люка про себя ругнулась. Только что трижды сказала себе, что родителям нельзя слышать её голос, и тут же себя выдала! Но сожалеть было уже поздно.
Послышался стук ногтей о металлические прутья. Люка поняла, что мама подбежала к решетке, хотя знала, что увидеть дочь не сможет. Она так и видела мамино встревоженное лицо – овальное, с высокими скулами и выразительными раскосыми глазами.
- Люка! Люка! Я уверена, что слышала твой голос! – заволновалась мама, - Лори, ты ведь тоже её слышал? Ответь мне, Люка! Как ты здесь оказалась? Почему ты здесь оказалась?!
- Этого не может быть! – отрывисто бросил отец. Его голос зазвучал громче – Люка сообразила, что он тоже подошел к решетке, - мы сделали всё, чтобы этого не случилось! Тебе показалось, Реджина.
- Нет, не показалось, - вздохнула Люка. Её мама тут же издала звук, который можно было принять за всхлип.
Люка невольно улыбнулась – вот в кого она удалась своим неискоренимым желанием поплакать по поводу и без.
- Что же нам делать?! – запричитала мама, - мы ведь всё сделали, чтобы вас с Айлой миновала эта участь! Лори, как вытащить Люку отсюда?! А где Айла?!
- Там, - мрачно ответила Люка, - где вы её оставили.
Воцарилась тишина. Даже мама перестала всхлипывать, пораженная Люкиным хладнокровием в этот момент. Ей и самой было странно - ни больше, ни меньше. Она не видела родителей больше года, но сейчас всё равно не смогла сдержать на них обиду, даже в такой ситуации, во всех смыслах патовой.
- Что значат твои слова? – напряженно спросил отец.
- Только то, что вы бросили нас с Айлой, как каких-то щенков ненужных, погнавшись за своими идеалами и мечтами о сказочном королевстве, - Люка нахмурилась и сцепила перед собой руки, словно её кто-то мог видеть.
- А как же наш капитал? – сурово ответил папа.
Люка лишь горько рассмеялась.
