Лерой, видимо, решив, что донёс свою мысль, или же просто поняв, что это трата времени, скользнул назад и вскоре скрылся из виду. Чертыхнувшись про себя, Элль снова прильнула к колонне, уткнувшись щекой в её холодный мрамор.
Церемония продолжалась, но сколько у неё ещё времени, Амали не понимала, поэтому решила действовать. Она оторвалась от своего временного убежища и юркнула к соседней колонне, а затем к следующей. Таким образом она преодолела почти половину зала, но дальше начинались проблемы – за следующей колонной уже стояли несколько человек в плащах, соответственно, незамеченной не пробраться.
От досады Амали несильно ударила кулаком по колонне. На вид прочная, практически монолитная громадина неожиданно треснула с ужасающе громким звуком. От страха Элль замерла, не зная, что делать – этот треск, по ощущениям, мог разбудить мертвеца ничуть не хуже некроманта.
Однако прошла минута, две, пять. Никто не прервал монотонного гудения. Ни одна фигура в плаще даже не обернулась.
Амали недоумённо нахмурилась и для пробы сделала маленький шажок вперёд, готовясь в любой момент нырнуть обратно за колонну.
Зубы стучали от страха, пальцы сами собой сжимались и разжимались. Под ногами с оглушительным звуком хрустели мелкие камешки или косточки. Но ни один из присутствующих в зале по-прежнему не обращал на незваную гостью никакого внимания.
Элль слегка осмелела и ускорила шаг, дойдя до первой фигуры и заглянув под капюшон. Под ним царила такая темнота, что сразу стало ясно – без магии не обошлось. Очевидно, присутствующие ни при каких обстоятельствах не хотели светить свои личности.
Окончательно убедившись, что все эти культисты в каком-то трансе и ничего вокруг не замечают, Амали ускорила шаг, пробираясь между неподвижными фигурами к центру. Сердце болезненно сжималось от страха каждый раз, когда Элль проходила между несколькими людьми – казалось, вот-вот они отомрут и схватят её.
Но центр с большим светящимся кругом приближался, и ни один из колдунов так и не пошевелился, продолжая произносить одну и ту же фразу, которая – по какой-то странной причине – тем не менее совершенно не откладывалась в голове. Даже захоти Амали повторить за ними, не смогла бы воспроизвести и одно слово.
Когда круг был от неё в нескольких шагах, Элль окончательно отбросила осторожность и просто расталкивала мешающие ей фигуры, как манекены.
Наконец между ней и светящимся кругом не осталось ни одного человека, и Амали отчётливо увидела, что в центре круга неподвижно лежат двое. На незнакомую светловолосую девушку Элль глянула только мельком – внимание тут же сосредоточилось на Штефане.
Брат лежал точно так же, как в видении, которое посетило её в Академии – обычный спящий парень, отнюдь не похожий на пленника чокнутых ведьм.
Забыв обо всём, Амали кинулась в круг – как только она пересекла светящуюся черту, та вспыхнула настолько нестерпимо ярко, что секунд десять Элль не могла сориентироваться, куда ей идти. Однако свет чуть померк, и девушка наконец добралась до брата.
- Штеф! – воскликнула она, схватив ладонями его лицо.
Штефан что-то недовольно пробормотал и наконец чуть приоткрыл глаза, тут же сощурившись от яркого света.
- Мэл? – шёпотом спросил он и сонно улыбнулся, - привет.
- Вставай, Штеф, надо валить! – воскликнула Амали, краем сознания понимая, что вокруг что-то изменилось.
Брат несколько недоумённо огляделся и уточнил:
- А мы где?
- Вставай! – поторопила Элль и оглянулась.
И только тут до неё с опозданием дошло, что именно изменилось.
Монотонный хор голосов замолк, и вокруг воцарилась оглушающая тишина.
***
Виктор в третий раз за последние пять минут встал с кресла и подошёл к окну. На месте не сиделось, хотелось действовать, куда-то идти, сделать хоть что-нибудь.
Ощущение, похожее одновременно на предвкушение и плохое предчувствие, становилось то сильнее, то слабее, пульсировало в груди, распространяясь по всему телу.
Синклер снова оглядел кабинет, хотя ничего нового там не появилось, и остановил взгляд на часах.
Тут в дверь робко постучались, и вошёл Марк Хилл. Виктор, едва скрывая нетерпение, жестом пригласил его подойти ближе. Парень прошёл и сел, покусывая нижнюю губу; не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понять – его что-то сильно тревожит.
- Мисс Маркес сказала… - начал Марк, но Синклер прервал его нетерпеливым жестом.
- Я знаю, тебе есть, что сказать. Говори.
- Ну… в общем, когда вы сказали мне собрать вещи, я… злился и не понимал даже, куда иду. И пришёл в какой-то тупик, сам даже не знаю, где он. В общем, я услышал, как Рина говорит по телефону.
- Рина – это одна из сестёр Стивенс? – хмурясь, уточнил Виктор.
- Да. В общем, я уже хотел уйти, а тут она сказала… «Амали сама придёт».
Синклер резко обернулся, сосредоточив на Марке всё внимание.
- Дальше.
- Ну я решил послушать… Рина же, она всегда такая тихая, за них троих вообще только Джана всегда говорит. А тут она так что-то кому-то доказывала… не знаю, агрессивно что ли, или просто очень уверенно. В общем, она сказала, что скоро новолуние и что им нужно открыть какой-то вход.
