Едва она встала в полный рост и задумалась о том, что делать дальше, как перед глазами всё поплыло, и она, не успев даже вскрикнуть, мгновенно отключилась.
***
Амали открыла глаза, поняв, что не спит. Хотя словом «проснулась» её состояние также нельзя было назвать. Никакой сонливости, но и напротив, чувства того, что она спала и выспалась, тоже не было.
Элль села на кровати и наконец сообразила, что находится там, где не должна.
Взгляд нашарил кровать, шкаф и окно, аскетичная обстановка небогатой квартиры. На соседней кровати когда-то спал Штеф, а шкаф и письменный стол делились строго пополам.
В этой комнате Амали провела первые десять лет своей жизни и после этого ни разу не возвращалась. Она нахмурилась, не понимая, кто и зачем её сюда принёс – насколько она знала, квартира родителей пустовала, и Штефан должен был получить её после совершеннолетия.
Но сейчас на стене над кроватями висели детские рисунки и плакаты, стол был завален книжками, учебниками и игрушками, а сквозь приоткрытую дверцу гардероба ясно виднелись вешалки с детской одеждой.
По этой-то одежде Амали наконец поняла, что переместилась отнюдь не в пространстве, а во времени. Тут же нахлынул страх, и она снова забралась в кровать с ногами. Что случилось на крыше Академии? Её забросило в прошлое? Чтобы она могла изменить его, или что?
Тут в коридоре послышались шаги, и входная дверь приоткрылась, впустив женщину. Элль уставилась на неё с широко открытыми глазами, даже, кажется, забывая моргать.
- Мама? – выдавила она жалким полушёпотом, и на глаза навернулись слёзы.
Женщина мягко рассмеялась и покачала головой.
- Я не твоя мама, дитя. Прости, если расстроила.
Тут Амали немного пришла в себя и поняла, что её мать действительно выглядела не совсем так. Высокая, стройная, ещё молодая, около тридцати, с рыжими волосами, собранными в неряшливую косу. Элль нахмурилась, не зная, что и думать, когда увидела на запястье женщины знакомую татуировку.
- Это?.. Вы это?..
- Да, я – это ты, только почти вдвое старше, - женщина всё так же мягко улыбалась, - ну, вернее, не совсем. Это твоё будущее тело, но я – это не ты.
- Вы та ведьма из сосуда, я догадалась, - буркнула Амали, - уже готовитесь место занять, да?
- Я не тороплюсь, - ведьма улыбнулась и прошла к соседней кровати, присев на покрывало и разглаживая его пальцами, - но когда придёт время, я буду готова.
- Я вам не дам меня выселить из моего же тела, - буркнула Элль.
- Ну а я не стану заставлять, - улыбка ведьмы чуть потускнела, - ты сама меня попросишь.
- Сэйдж сказала, что раз я Пробуждающая, то вы не сможете занять моё тело.
- Силой не смогу, - ведьма чуть улыбнулась, - но я подожду, пока моя сила сведёт тебя с ума. И тогда ты сама отдашь мне тело.
- Вы сами-то в это верите? – Элль скептически посмотрела на неё, - ждите, сколько влезет. А я пойду, пожалуй.
- Хочешь, я расскажу что-нибудь? Ну, пока мы всё равно ждём.
- Слушайте…
- Ирма. Меня зовут Ирма, - женщина чуть поклонилась, - и ты не сможешь отсюда уйти, пока не придёшь в себя.
- Я что, в отключке?
- Да, а это твой внутренний мир. Судя по всему, здесь ты была счастливее всего, да?
- Это мой дом, - Элль легла на спину и уставилась в потолок, потрескавшийся и слегка неровный, - мы здесь жили всей семьёй.
- И теперь у тебя нет никого, кроме брата, да?
- У меня есть Виктор, - прежде, чем успела подумать, отозвалась Амали и сама поразилась своему ответу.
- Да, - усмехнулась Ирма, - некромант. В моё время их боялись просто до безумия. Ну и каково это? Влюбиться в повелителя мёртвых?
Амали промолчала, переваривая неожиданное слово «влюбиться». Неужели она правда влюбилась? В Виктора? Хотя Александр сделал для неё гораздо больше.
Она вздохнула, чувствуя себя довольно паршиво, и бросила на Ирму мрачный взгляд.
- Я не виновата, что у тебя на лице всё написано, - усмехнулась ведьма, - хочешь любить Хейдена, да? А любишь некроманта.
- Что? Откуда ты знаешь про Алекса? – Элль вскочила с кровати и жадно уставилась на собеседницу.
- Видела его в твоих воспоминаниях. Да и вообще, кто ж про него не знает? – Ирма криво усмехнулась, - будь с ним поосторожнее, а то не успеешь отдать мне тело.
- Да пошла ты, - буркнула Амали и неожиданно поняла, что жутко замёрзла.
А в следующий момент комната из детства исчезла, уступая место заснеженной крыше. Элль с минуту посидела, недоумённо оглядываясь и пытаясь понять, что вообще произошло – сон или же реальная встреча с ведьмой – а потом внезапно поняла, что сидит на снегу, причём уже явно какое-то время. Пальцы на руках практически онемели от холода, и Амали кинулась обратно на чердак.
Только уже в коридоре, отряхивая с волос и джинсов снег, она задумалась над словами Ирмы насчёт Виктора и Алекса. Возможно, никакой Ирмы и не было вовсе, но это не меняло ситуации – она была права. Элль изо всех сил пыталась цепляться за влюблённость в Александра, хотя эти чувства давно остыли под напором других – более искренних или же просто более новых и волнующих.
