Отчасти Хильда ожидала, что при выходе из портала их встретит если не сам ректор, то как минимум фея с запиской от него. К этому времени Ада Вилар должна была уже доложить о происшествии на занятии по боевой магии. После того, что случилось в воскресенье, Шадэ едва ли упустил бы случай наказать Мора по всей строгости. Однако ни ректора, ни записки не было. Это даже немного пугало. Такое затишье могло означать только одно: ректор взял таймаут, чтобы решить, как извлечь наибольшую выгоду из сложившейся ситуации.
То, что Ада Вилар попала под подозрение, очень огорчало Хильду. Они довольно часто общались, Хильде она нравилась, но когда она призналась в этих мыслях и чувствах Мору, тот справедливо заметил:
- Если задуматься, то она подходит даже на роль нашего «серого». Ее сыну два года, она говорит, что его отец был легионером и погиб незадолго до его рождения. Геллерт Ротт вполне мог быть тем легионером.
- Честно говоря, я всегда считала, что отец Тима просто бросил ее беременной, а она придумала историю про погибшего легионера... - печально хмыкнула Хильда.
- Нельзя исключать и того, что это мог быть другой легионер, в тот год их погибло несколько. Но основания подозревать ее у нас есть.
С этим Хильда не могла поспорить. И это означало, что им следует действовать с особой осторожностью. После недолгого совещания в промокшем от дождя, а потому пустынном внутреннем дворе, под прикрытием старых ветвистых деревьев, они решили, что вламываться ночью в лазарет будет плохой идеей.
- Я не представляю, какую защиту может наложить на помещение серый маг, - признал Мор. - Я могу проверить только светлые заклятия и наличие темного следа. А если применено что-то другое, то мы можем просто-напросто угодить в ловушку.
Это означало, что выкрасть снадобья можно только днем, когда доктор Вилар и сама будет в лазарете. И будет пользоваться интересующими их снадобьями.
- Времени ждать, когда я очередной раз покалечусь на тренировке, у нас нет, - Хильда поморщилась. - Можем поранить меня нарочно. Она ничего не заподозрит, со мной это происходит регулярно.
- Именно поэтому я не хочу, чтобы ты травмировала себя еще и специально, - проворчал Мор. - У меня самого есть прекрасный повод, - он демонстративно коснулся ноги и поморщился. - Довольно необычная задача для доктора лазарета Академии, ей придется побегать. Если в этот момент ты еще зайдешь и попросишь обезболивающее, то она точно откроет шкаф со снадобьями. Даже если обычно запирает его. Если повезет, то кто-нибудь еще обратится.
Чтобы повысить шансы на такое совпадение, они решили провернуть задуманное на следующий день, во время перерыва между занятиями. Вечером даже их синхронный визит в лазарет мог вызвать ненужные вопросы и подозрения. Поэтому сегодня было решено только попробовать забрать артефакт.
Мор обещал ждать Хильду в своих апартаментах, к доктору Вилар она отправилась одна. Как они и предполагали, вечером лазарет был пустым, тихим и сонным. Доктор Вилар сидела за своим столом и читала какую-то книгу: видимо, этим вечером у нее даже бумажной работы не скопилось.
Артефакт она вернула с готовностью и своей обычной улыбкой, но сегодня Хильде померещилось в ней нечто большее. Как будто во взгляде всегда приветливого доктора затаилось... что-то. Возможно, это было всего лишь живое воображение Хильды и в ней говорили ее подозрения.
Так или иначе, а она поторопилась уйти, зажав артефакт во внезапно вспотевшей ладони.
Мор ждал ее с нетерпением, но все равно нашел время, чтобы привлечь к себе для весьма вдумчивого поцелуя, едва за ней захлопнулась дверь.
- Извини, мечтал об этом с самого утра, - признался он с улыбкой, подталкивая ее к дивану.
Хильда не считала, что ему есть за что извиняться, но ответить ничего не успела: он уже забрал у нее мартышку, поставил на стол перед ними и провел над ней рукой, активируя «воспроизведение». Гостиная наполнилась звуками и голосами.
Поначалу они слышали преимущественно лепет Тима и голос Ады, которая разговаривала то с ним, то с кем-то еще. Мор нетерпеливо проводил рукой снова и снова, словно «пролистывая» куски разговоров. Он делал так до тех пор, пока не услышал голос Виктора. Лепет Тима к тому времени стих: мальчик то ли уснул, то ли просто потерял интерес к игрушке. К счастью, он бросил ее все в той же общей палате, где лежал и Виктор.
Поначалу говорила в основном Ада: она спрашивала Виктора о самочувствии, объясняла ему, где он и почему. По всей видимости, тот оставался еще слегка дезориентирован, отвечал коротко и отрывисто.
- Ты напал на преподавателя, - спокойно объясняла ему доктор Вилар. - Ты помнишь это?
- Да, - голос Виктора звучал глухо. - На Мора, демон его забери...
- Чем он тебе так не угодил?
- Я видел их... С Сатин. В субботу.
- Видел их? - заинтересованно переспросила Вилар. - В каком смысле?
- В ресторане. В Аларии. Они целовались...
- Тебя это задело? - в голосе доктора звучало недоверие. - Ты ее приревновал?
- Да дело не в этом... Она, дуреха, мечтает о боевом отряде, а этот мерзавец этим пользуется... А ее же там убьют.
