– Нет-нет, – поспешил Ян успокоить ее. – Мы бы об этом уже знали, такие ситуации не скрываются два года. Да и нет сейчас достаточно сильных темных, которые смогли бы это сделать. Без ложной скромности замечу: только передо мной маячила подобная перспектива. Я всего лишь считаю, что не могу быть единственным всемогущим магом в нашем мире. Порядок Вселенной этого не допустил бы. Должен быть еще один. Тот, кто меня уравновешивает. Или тот, кого уравновешиваю я. Полагаю, этот кто-то хочет меня подставить. Для этого он и насылает на тебя кошмар, маскирующийся под предвиденье. Я не могу обнаружить темный след заклятия наведенного сна, потому что его наводят с помощью серого потока. Не знаю точно, что задумал этот человек, но определенно ничего хорошего. И скорее всего, задумал он это не только против нас, но и против Легиона, и против Республики в целом.
Теперь и Таня откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди. Внутри нее бушевала целая буря эмоций. Страх перед новым неизвестным врагом, смешанный с гневом и желанием собственноручно проклясть того, кто заставлял ее снова и снова переживать такой кошмар. Вместе с тем у нее вызывало восхищение умение Яна все-таки находить ответы на волнующие его вопросы и строить вполне внятные теории по обрывкам информации.
– Хорошо, и как нам найти этого человека?
Ян вздохнул и развел руками.
– То, что теперь является моим преимуществом, усложняет нам эту задачу. Его не вычислить, не почувствовать, не отследить. Это просто очень сильный маг. Он может быть кем угодно и может быть где угодно. Даже Ротту удавалось скрывать свою темную сущность и возглавлять Легион, а этому магу еще проще. Единственное, что теоретически может его выдать, – это шрам от метки, – он коснулся правой руки чуть выше сгиба локтя. – На месте моей так и остался след, полностью повторяющий рисунок самой метки. Но ты понимаешь, что обнаружить такой шрам очень непросто.
Таня кивнула, в задумчивости закусывая губу. Она довольно долго молчала, а Ян искоса наблюдал за выражением ее лица: она то хмурилась, то как будто что-то придумывала, но сразу отметала версию. В конце концов она спросила:
– А как вообще можно получить доступ к серому потоку? Твой случай был достаточно уникальным, как я понимаю, хотя бы потому, что в нем участвовала вся из себя уникальная я с двумя потоками.
Ян улыбнулся с такой гордостью, словно она сделала какое-то открытие.
– Это очень правильный вопрос. И именно из-за него я не ночевал сегодня дома. Видишь ли, я хоть и эксперт в темной магии, но все же не энциклопедия с ответом на любой вопрос. Поэтому я навещал Марка Аранта. И мы полночи искали варианты, как это могло произойти.
– Кто такой Марк Арант?
– Глава Темного Ковена, – деланно безразлично ответил Ян, но Таня все равно заметно напряглась и выразительно посмотрела на него.
– Думаешь, хорошая идея прибегать к такой помощи?
– Хочу тебе напомнить, что темный не равно плохой. И теперь, когда я точно знаю, что совершаю в твоем сне, я уверен, что его наводят с целью подставить меня. А раз там фигурирует и эмблема Ковена, то подставить хотят и их тоже. Значит, с Темным Ковеном у нас общий враг, а это уже хороший повод для дружбы.
– Но ведь вчера ты этого еще не знал.
– Не знал. Но если честно, подозревал. Последнее время я подозревал, что ты молчишь, потому что я в твоем сне делаю что-то страшное. Если бы что-то страшное происходило со мной, ты бы все-таки рассказала, чтобы предупредить меня.
Таня была вынуждена признать его правоту.
– Так ты смог что-то выяснить?
– Тут мы опять вступаем на почву неподтвержденных теорий, но нам ведь не привыкать? – Ян криво усмехнулся. – Мы с Арантом долго ломали голову, но в конце концов нашли только один вариант, более или менее похожий на правду. Существует разновидность ритуала инициации, когда к демону вместо одного мага привязываются сразу двое. Так придумали делать маги, которые были не до конца уверены в том, что смогут держать демона в узде. Однако этот ритуал не прижился по той причине, что такая связь намертво связывала и магов. И если один из них погибал, то погибал и второй. На такой риск мало кто соглашался идти и в мое время, а теперь тем более. Однако теоретический шанс выжить есть. Например, если из пары погибнет тот, кто был заметно слабее по собственному потоку. Конечно, вариант очень сомнительный, маловероятный. Но в его пользу говорит хотя бы то, что в тот же день, когда была разорвана моя связь, погиб один темный маг. Геллерт Ротт. Глава монархического культа, за которым стояло достаточно фанатиков. Кто-то из них вполне мог рискнуть собой, чтобы помочь своему хозяину справиться с демоном. Конечно, шансов, что он выжил после смерти Ротта, очень мало, но они есть.
– Око за око, любовь за любовь, – повторила Таня. – Может быть, не соратник, а близкий родственник или женщина?
– Может быть, – согласился Ян. – Надо будет найти способ проверить все варианты. Твой отец сможет помочь?
– Чем именно?
