- Это? Это накопитель. Я уже просил тебя не затрачивать слишком много магической энергии. Ты меня ослушалась. И не 1 раз... Поэтому, в следующий раз, ты не упадёшь в обморок от истощения. И не умрёшь. Ты просто почувствуешь лёгкую слабость. Это значит, что ты будешь в сознании, когда я буду тебя “убивать”. – Последнее слово я еле разобрала, т.к. брат произнёс сквозь плотно сжатые зубы. Сказав всё, что хотел, он развернулся и ушёл прочь.
- М-да... – Сказала, когда дверь лазарета с грохотом захлопнулась, я даже увидела, как штукатурка посыпалась. Да, да, она посыпалась с потолка над дверью. – А сколько я тут пролежала? – Спросила, поворачиваясь к лекарю.
- Почти 20 часов.
- Ого, по-моему, обычно я лежу меньше в отключки.
Я взяла свои вещи с тумбочки, и надев кроссы, потопала в комнату (и плевать, на наказ брата). Интересно, а почему, проснувшись, я увидела Колю, а не Рея? Ведь мой телохранитель вампир, а не брат. Надо будет узнать...
Я вышла из лазарета и оказалась во мраке ночи. Я взглянула на тонкий месяц и миллион звёзд, которые окружали его. Вздохнула и пошла дальше. Академия была пуста, в ней было темно и... страшно.
“Почему Академия излучает ужас?” – С трепетом в голосе спросило чувство страха.
“Возможно, в Академии происходит что-то страшное.” – Ответила логика так, как будто это очевидно.
“Мы все умрём.” – Коротко выдал пессимизм, вздохнув так, как будто этого не избежать.
“Харе грустить!” – Спохватился оптимизм. – “Надо праздновать!”
Все кто находился у меня в голове дружно покрутили пальцами у виска.
“Какой “праздновать”?!” – Взбунтовался гнев. – “Мы все сдохнем!”
“Я полностью поддерживаю тебя” – Спокойно сказала рассудительность.
“Возможно мы умрём, но мы не должны сдаваться!” – Это воинственность. – “Мы должны сражаться во что бы то ни стало! Мы должны бороться за свою жизнь!...”
“И за жизни остальных.” – Напомнило благородство.
“Я не имел ввиду праздновать свою кончину. Я имел ввиду отпраздновать то, что хоть что-то случилось в этом скучном месте.” – Быстро объяснил оптимизм, получив возможность вставить слово.
“А он прав!” – Поддержала жажда приключений. – “Ведь...”
“Цыц! Мы что-то слышали.” – Прекратили возню осторожность, внимательность и паника.
Я услышала какой-то шум из коридора, который находился с лево от меня. Я прижалась к стене, чуть ли не прирастая к ней, и осторожно направилась к тому коридору...
“Кому валерьянки?!” – Спросил пессимизм держа над головой 200 г. бутылёк успокоительного.
“Нам!” – Выкрикнул страх, схватив бутылёк, и опустошил его.
“Сейчас что-то будет.” – Сказало чувство приключений, потирая руки и предвкушая, как пессимизм будет дубасить страх из-за потерянного сокровища, а также предвкушая то, что будет за углом.
“Это безрассудно. В этом нет никакой логики.” – Спокойно заметили логика и рассудительность.
Я шикнула на них и медленно начала заглядывать за угол, пытаясь увидеть, то что творится в левом коридоре. По-моему, я ещё ни разу не была тут. Я вздохнула, сделала осторожный шаг в коридор, т.к. не увидела опасности. В проходе было несколько дверей, но моё внимание привлекла приоткрытая дверь в конце этого, казалось бы, бесконечного, тёмного тоннеля. Из двери тянулся тонкой полоской тусклый, голубоватый свет. Я сделала 5 шагов, прежде чем услышала звук, который больше не напоминал мне какой-то шум, он напоминал мне всплеск воды. Я не знаю как дошла до входа в неизвестность, но я как будто очнулась, когда моя рука коснулась холодного дерева двери. Из-за двери прямо-таки волнами исходили чувства ярости, отчаяния, страха, безнадёжности...
Я медленно открыла дверь, и увидела сад... с небольшим прудом. Рядом с ним стояла белая скамейка, на которой в расслабленной позе, с камнем в руках и поникшей головой сидел...
- Рей.
Его имя я просто выдохнула так тихо, что даже я его еле услышала. Но слух вампира острее любого человеческого, он даже услышит то, что творится за милю от него, если ему это понадобится. Поэтому, имя вампира было произнесено как гром в глуши, т.к. Рей при упоминании своего имени резко поднял голову и посмотрел туманным взглядом на меня. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но промолчал. Через минуту он смог сказать:
- Что ты тут делаешь?
- Я... Я не знаю... Просто... Я почувствовала, что тут неспокойно... А потом услышала шум... И вот я тут.
- А, понятно. Ты должна идти спать, сейчас поздно.
- Я не хочу спать. Я уже отоспалась. – Сказала, и подойдя к нему, села рядом с ним. – Почему ты тут?
- Думаю... Я всегда тут.
- И о чём ты думаешь?
- Обо всём.
- О чём ты думал две минуты назад?
- О тебе.
- ...Почему?
- Я хотел проверить, как ты... Коля запретил мне подходить к тебе... – Сказал и его взгляд стал более осмысленным, чем за всё время пока я тут.
- ...Почему?
- Наверное... – Он отвернулся от меня и посмотрел на пруд, в котором отражался месяц и звёзды. – Он знал... – Он замахнулся, и кинул камень, державший в руке. – Что я сделаю, когда ты проснёшься... – Эти слова он произнёс со злобой в голосе.
- И чтобы ты сделал?
