Мир в одночасье рухнул, но лишь для тех, кто должен был поступить в академию магии, чтобы распечатать силу и найти свой путь. В назначенное время несколько десятков юных магов подошли к дверям академии, но те не открылись. Стало известно, что академия опустела. Теперь у молодых людей есть два пути: вернуться домой и попытаться найти свое место в обществе без магических способностей или уйти в пещеры, где вопреки закону самостоятельно снять печать и обучиться магии. Рута выбирает пещеры, ведь стать магом — мечта её жизни. Правда, соглашаясь на это, она не предполагала, что светлое обернётся тёмным, и её мир обрушится снова.
Шаг.
Ещё шаг.
Не смотри вниз.
Смотри только вперёд.
Шест покачивается в её руках.
Зато канат почти не провисает под её весом.
Да поможет ей бог ветра. Не пошлёт он ни дуновения в её сторону.
Да прибудет с ней бог земли. Не притянет её лёгкое тело. Середина. Да.
Рута точно знает, что именно здесь середина её непростого пути. Здесь, где с Башни Времени на неё смотрят часы, а она различает на них тонкую стрелку. Секундную стрелку. Ещё столько же, это всего лишь десять шагов, и она сойдёт на камень парапета и исчезнет с глаз замёрзшей от страха публики в тёмном проёме башни. И, уже бегом спускаясь по каменным ступеням, услышит восторженный рёв толпы. Семь. Остаётся три шага. Спешить нельзя, даже если очень хочется скорее коснуться твёрдого камня. Почувствовать ступнями его холод. И надёжность. Хлопанье крыльев, и сердце замирает. Чёрный глаз сверкает совсем близко. Рута успевает увидеть в нём своё испуганное лицо. Поток воздуха из-под вороньего крыла ударяет в грудь.
Часы отдаляются. Шест выпадает из рук.
Крик. Одинокий и резкий. Обрывается.
Бог земли. Бог земли. Бог земли.
Рута падает, но не на землю.
Тайко. Они падают вместе.
Теперь уже на землю.
Мама. Папа. Кази.
Тайко.
— Рута, твой выход! — объявила мама, бросая на кушетку шляпу, охапку цветных платков и вырывая Руту из тревожных воспоминаний.
Площадь гудела. Так всегда бывало в день открытия сезона охоты на чёрных лис. В это время повзрослевшие лисята начинали искать себе пару, чтобы вместе обустроить жилище и провести зиму. В таких обстоятельствах отстреливать их проще простого. В день закрытия сезона тоже гуляли, но Рута радовалась, что сегодня выступает последний раз. Уже завтра она войдёт в двери академии магии, и прощайте канаты, шесты и облегающие трико. Прощайте трюки, прыжки и дурацкие барашки на голове. Мама заплетала их так туго, что Руте казалось, у неё сужаются глаза.
Конечно, родителям в этот год будет тяжеловато. Всё-таки они с Тайко делают основную программу. Но ничего, годик продержатся как-нибудь, а потом Рута устроится магом. Им хорошо платят в городах, особенно в таких как Дергкор. Конечно, в таких как маленькое Предгорье, платят немного, но кто сказал, что Рута должна навсегда связать себя с родным городком?
Маги с любыми способностями нужны везде. Руте не терпелось узнать свою силу. До снятия печати оставалось совсем чуть-чуть.
Она повязала на бёдра красную юбку. Сначала будет её сольный номер с ножами, а потом — воздушные трюки. Выглянув в щёлочку между шторами, она ощупала толпу взглядом. В первом ряду стоял красавчик не из бедных. Смуглый, черноволосый, зеленоглазый. Охотник? Из-за плеча выглядывало красное оперение стрел. Если охотник, то, вероятно, не из простых.
— Видала, какой? — Тесс пихнула её локтем в бок и плюхнулась на стул, стягивая с ноги блестящий сапог из тонкой кожи. — Вот я дура. Подумаешь, жмут немного. Решила, что разносятся. Еле-еле до конца танца продержалась. Жаль, продать придётся.
— Они чудные! — воскликнула Рута, тут же смекнув, что сапожки неплохо смотрелись бы с её красной юбкой. — Отдай мне. Тебе всё равно малы.
— Вот ещё! Могу обменять на что-нибудь. Как насчёт твоего брата? — подмигнула Тесс.
Рута засмеялась.
— Ты не в его вкусе. А знаешь… Давай поспорим, что это красавчик, — она мотнула в сторону публики, — сегодня будет мой. Что скажешь?
Тесс усмехнулась, повертела перед глазами сапожки, постучала каблучками друг о друга и кивнула.
— Идёт. Твой выход, малышка Рута.
Рута застегнула на талии пояс, воткнула в висящие на нём ножны шесть ножей, по три возле каждого бедра, и, слегка раздвинув штору, выскользнула на помост.
Публика встретила её аплодисментами и свистом. Номер с ножами она исполняла только два раза в год — на открытие и закрытие сезона охоты — и каждый раз добавляла в него что-нибудь новенькое. Когда первый нож врезался в щит, прибитый к столбу, публика, ахнув, расступилась. Второй нож Рута метнула в прыжке, потом дала зрителям передышку, немного подвигавшись под музыку, сделала два поворота через голову и снова метнула нож.
Красавчик не сводил с неё глаз, в этом она убедилась не единожды. Юбка из шёлка, за которую отец ещё год назад отдал целых семь серебряных колец, взлетала при малейшем движении и скользила по ногам Руты так, что даже стоящий в стороне от помоста Тайко следил явно не за ножами, вылетающими из рук его сестры.
