Спать он толком не спал, а все думал и думал свои странные думы. А вдруг он и правда выучится читать и писать? Какая из этого будет выгода? Кто знает? Но, может быть, она сумеет ему объяснить? Рейчу грезились туманные картины: будто ему платят деньги за работу, которую он пока делать не умел, но за какую? Надо, чтобы ему объяснили, но как до них теперь доберешься?
Если бы он остался с ними, они могли бы помочь, наверное. Но на что он им сдался?
Решив, что на последний вопрос надо ответить утвердительно, он встрепенулся, но не потому, что освещение стало ярче, а потому, что его чуткие уши уловили утренний шум – начинался день.
Звуки он различал просто великолепно: в биллиботтонских закоулках слух означал жизнь. И вот теперь звук двигателя, расслышанный Рейчем, означал «опасность». Такой официальный, враждебный звук…
Он стряхнул остатки дремоты и осторожно прокрался на улицу. Машину он увидел сразу и, даже не глядя на эмблему «Звездолет и Солнце», по одним ее очертаниям догадался, что это за машина. Значит, за ними приехали потому, что они виделись с Даваном. Он не стал долго раздумывать над тем, прав или нет, и помчался прочь. Вернулся он минут через пятнадцать. Машина стояла на прежнем месте, но за это время уже успели собраться зеваки, которые пялились на машину и подъезд дома с почтительного расстояния. Скоро наверняка соберется целая толпа. Рейч быстро взбежал по ступенькам, на ходу вспоминая, в какую дверь постучать. Лифта ждать было некогда.
Дверь он разыскал – решил, что разыскал, – и заколотил в нее кулачками, крича:
– Тетечка, тетечка!
Он слишком сильно был взбудоражен, чтобы вспомнить, как ее зовут, а вот как зовут мужчину, вспомнил.
– Гэри! – крикнул он. – Впусти меня!
Дверь открылась, и он вбежал – то есть, вернее, попытался вбежать. Его тут же крепко ухватил за руку офицер сектора:
– Полегче, парень. Ты куда?
– Вы че? Я ниче такого не делал! – запыхавшись, проговорил Рейч. – Ой, тетечка, а че это они тут делают?
– Арестовывают. Нас арестовали, – угрюмо ответила Дорс.
– За че? – вырываясь из цепких пальцев офицера, воскликнул Рейч. – Эй, ну че ты так вцепился-то! Не ходите с ним, тетечка. Нече вам с ним ходить.
– Пошел вон! – приказал Расc, грубо встряхнув мальчишку.
– Нет, не пойду. И ты, Солнценос, не пойдешь никуда. Щас вся моя шайка туточки будет. И вы не уйдете отсюдова, если не отпустите дядечку и тетечку.
– Что за шайка? – нахмурившись, спросил Расc.
– Все уже туточки, у подъезда. Небось уже машинку вашу по кусочкам растягивают. И вас растянут, не боись!
Расc обернулся к напарнику:
– Вызови участок. Пусть подгонят пару фургонов со спецназом.
– Нетушки! – завопил Рейч, наконец вырвавшись и подбежав к Астинвальду. – Не зови никого!
Расc прицелился нейронным хлыстом и выпустил разряд.
Рейч вскрикнул, схватился за правое плечо и упал на пол, дергаясь, как в агонии.
Расc не успел обернуться к Селдону, как математик, схватив его за руку, вывернул ту вверх, потом по кругу и назад, наступив при этом на ногу Расса, чтобы офицер не дергался. По всей видимости, он вывихнул Рассу плечевой сустав – тот издал хриплый, пронзительный вопль.
Астинвальд выхватил бластер, но рука Дорс легла ему на плечо, а острие ножа уперлось в кадык.
– Не двигайся! – приказала она. – Только двинься, я перережу тебе глотку. Бросай бластер! Бросай! И хлыст тоже!
Селдон подхватил под мышки стонущего Рейча, прижал к себе, обернулся к Тисальверу и сказал:
– Снаружи люди. Рассерженные люди. Я впущу их сюда, и они у вас тут все переломают, даже стены. Если не хотите, чтобы это случилось, подберите оружие и отнесите в другую комнату. Быстро! У второго полисмена тоже возьмите оружие. Быстрее! Пусть жена вам поможет. В следующий раз поостережется жаловаться на невинных людей. Дорс, этот, что на полу валяется, уже ничего не сделает. Успокой второго, только не убивай.
– Ладно, – Дорс кивнула и ударила полицейского по виску рукоятью ножа. Офицер упал на четвереньки. – Ненавижу таким заниматься, – брезгливо скривилась Дорс.
– Они стреляли в Рейча, – напомнил ей Селдон, стараясь скрыть собственные чувства по поводу происходящего.
Они поспешно покинули квартиру. На улице действительно собралась целая толпа народу, в основном мужчины, поднявшие крик, как только Дорс, Селдон и Рейч вышли из подъезда. Толпа двинулась к ним, распространяя запах пота и грязной одежды.
Кто-то крикнул:
– А Солнценосы куда девались?
– Они внутри! – прокричала в ответ Дорс. – Не трогайте их. Пока они беспомощны, но вызовут подкрепление, как только очухаются, так что лучше расходитесь, да побыстрее.
– А вы? – спросили сразу человек десять.
– Мы тоже уйдем. И не вернемся.
– Ниче, я их выведу отсюдова! – крикнул Рейч, освободившись от рук Селдона, и, выпрямившись, потер правое плечо: – Ниче, я могу сам идти. Пустите меня.
Толпа быстро расступилась, и Рейч поторопил Дорс и Селдона:
– Господин, тетечка, пошлите со мной. Быстренько!
Они зашагали по улице, сопровождаемые толпой в несколько десятков человек, но вскоре Рейч махнул рукой и пробормотал:
