Именно поэтому Джоранум и напросился к нему с визитом. В его деле мелочей не было. Любую занозу нужно было немедленно удалять. Джоранум наслаждался чувством непотопляемости, и Намарти вынужден был признать, что неразрывная цепь успехов являлась надежнейшим залогом того, что цепь эта и далее останется неразрывной. Людям свойственно принимать сторону победителя, пусть даже его мнение расходится с их собственным. Дилетантов и неудачников люди не жалуют.
Но вот была ли беседа с Селдоном звеном в цепи успехов или стала следующей занозой? Намарти был вовсе не в восторге от того, что Джоранум потащил его с собой извиняться, да и толку от этого, по его впечатлению, не вышло никакого.
Теперь Джоранум сидел, задумавшись и посасывая большой палец, словно пытался высосать оттуда что-то питательное.
– Джо-Джо, – негромко произнес Намарти. Он был одним из немногих, кому было позволено так обращаться к Джорануму в приватной обстановке, называя его этим уменьшительным именем, которое нараспев выкрикивали толпы народа. Джоранум мирился с этим на публике, но в личных беседах требовал к себе уважения от всех, исключения делались для немногих преданных друзей, с которыми его связывали долгие отношения. – Джо-Джо, – повторил Намарти.
Джоранум поднял взгляд.
– Да, Джей Ди, в чем дело? – отозвался он несколько раздраженно.
– Что мы будем делать с этим Селдоном, Джо-Джо?
– Делать? Пока ничего. Позднее, может быть, он присоединится к нам.
– Но зачем ждать? Можно надавить на него. Потянуть за кое-какие ниточки в университете, и ему небо с овчинку покажется.
– Нет-нет. Пока Демерзель нам не мешал идти своей дорогой. Тупица. Он слишком доверчив. Но меньше всего мне хотелось бы, чтобы он начал действовать, до того как мы будем полностью готовы. А непродуманный, грубый шаг в отношении Селдона может спровоцировать Демерзеля на ответные действия. Думаю, Демерзель возлагает на Селдона большие надежды.
– Из-за этой самой психоистории, что ли?
– Именно.
– А что это за штука? Я об этом не слыхал даже.
– Не ты один. Это математический подход к анализу человеческого общества, в результате которого становится возможным предсказание будущего.
Намарти нахмурился и невольно отодвинулся подальше от Джоранума. Что он, шутит, что ли? Хочет насмешить его? У Намарти с чувством юмора всегда было туго.
– Предсказание будущего? – переспросил он. – Это как?
– Ха! Если бы я знал как, зачем бы мне было нужно таскаться к Селдону?
– Честно говоря, не верится мне в это, Джо-Джо. Как можно предсказывать будущее? Как гадалки?
– Я тоже так думал, но, после того как Селдон испортил затеянный тобой митинг, я поинтересовался его карьерой. От и до. Восемь лет назад он явился на Трентор и прочел доклад о психоистории на математическом конгрессе. И все. Больше он к этому не возвращался. Полное молчание.
– Похоже, что в этом и нет ничего.
– О нет, как раз наоборот. Если бы не наступила сразу же после доклада тишина, если бы сообщения шли на убыль постепенно, если бы критики высмеяли его доктрину, вот тогда, согласен, ничего бы в этом не было. Но это внезапное молчание означает, что вся ситуация вокруг психоистории помещена в самый мощный морозильник. Очень может быть, именно поэтому Демерзель нас и пальцем не трогает. Очень может быть, что им руководят не дурацкая доверчивость и верхоглядство, а психоистория, с помощью которой предсказано нечто такое, чем Демерзель решил воспользоваться в нужный момент. Коли так, мы провалимся, если только не сумеем сами воспользоваться психоисторией.
– Но Селдон утверждает, что ее не существует.
– А ты бы не утверждал, будь ты на его месте?
– Все равно я считаю, что на него стоит надавить.
– Бесполезно, Джей Ди. Ты когда-нибудь слыхал рассказ о топоре Венна?
– Нет.
– Если бы ты был тоже с Нишайи, наверняка слыхал бы. У меня на родине это знаменитая сказка. Короче говоря, этот Венн был лесоруб, и у него был волшебный топор, которым можно было без труда свалить любое дерево. Сам понимаешь, вещь жутко ценная, но Венн не старался ни от кого прятать свой топор. И тем не менее никто и не пытался его украсть, поскольку никто, кроме самого Венна, не в силах был поднять топор, не говоря уже о том, чтобы размахнуться и ударить им по дереву.
Ну так вот, в настоящее время никто, кроме Селдона, не в силах управиться с психоисторией. Окажись он на нашей стороне только потому, что мы вынудили его к этому, мы никогда не сможем быть уверенными в его верности. Разве он не сумеет предпринять такие действия, что они покажутся нам полезными и нужными, но проделает это так хитро, что в конце концов мы сядем в лужу? Нет, на нашу сторону он должен перейти добровольно и работать на нас, потому что будет желание, чтобы мы победили.
– И как же мы этого добьемся?
– У Селдона есть сын. Рейч – вроде бы так он его называл. Ты его хорошо рассмотрел?
– Не очень.
