Доковыляв до места, где держали нарушителей, я уже почти вошла в здание, но услышала возмущённый голос капитана Рейгана.
– Полегче! Вообще-то меня ранили, пока я отбивал кадета, о безопасности которого не смогли позаботиться остальные.
Я обернулась, и наши взгляды с Ксавьером встретились. Со связанными руками он двигался вперёд, а следом шли командир и пара стражей. Парень смотрел только на меня, хоть и пытался выставить себя недовольным, активно делая вид, как его заботит задержание. Далийцы, что сопровождали меня, остановились и обернулись. Главный из них сделал шаг вперёд в сторону Аарона.
– Почему вы здесь? Вы не можете вмешиваться в расследование дела кадета своего курса.
– Мне подумалось, что нелишним будет допросить того, кто помог ей выбраться, поэтому я привёл его к вам, – спокойно ответил командир, но я чувствовала, что это всё было спланировано заранее.
Командир Блейк не мог оставить меня в беде: он был уверен, что я попадусь и буду наказана по всей строгости, потому и нашёл способ, как подобраться ко мне поближе. Не самый действенный, я бы сказала. Наверняка его не пустят, а если и так, то будут следить за каждым его движением.
Капитан Рейган закашлялся, пошатнулся и уже в следующую секунду рухнул на колени недалеко от меня.
– Капитан! – хоть меня и считали подозреваемой, я бросилась к нему, чтобы убедиться, что всё будет в порядке. Обхватив лицо ксенийца ладонями, я постаралась посмотреть ему в глаза.
– Тавертон, ничего не бойся. Я помогу тебе избавиться от жемчужины, – едва слышно прошептал Ксавьер.
Я вспомнила о его особенности – капитан мог не только останавливать запись своих воспоминаний, но и влиять на чужие, даже стирать их. Голова заболела, словно кто-то пробрался в неё, а дышать стало ещё сложнее. Браслет с Аю нагрелся, стягиваясь на моём запястье сильнее. Так действовала блокировка?..
– Капитан, лучше уходите… – покачала головой я. – У меня ничего нет. Вы только хуже делаете. Я чиста, так что можете не переживать за меня, и передайте командиру, чтобы больше не пытался защищать меня.
– Тавертон! – рявкнул один из далийцев.
Убрав ладони, которые всё ещё покоились на щеках ксенийца, я встала и отошла к стражам.
– Ведите меня на досмотр. Чем быстрее всё это закончится, тем лучше. Мне необходима медицинская помощь.
Командир и капитан взволнованно смотрели на меня, но я многого не могла сказать. Лишь на мгновение обернувшись, я прошептала одними губами:
– Верьте мне, командир.
Женщина-гринворк завела меня в специальную комнату для досмотра, где кадетов сканировали сразу несколько аппаратов и проверяли на всевозможные скрытые технологии. Проведя осмотр, она покачала головой, сделав какую-то запись в журнале.
– Вы записали что-то… импульсы Аю?
– Импульсы Аю? – переспросила женщина.
– Что ещё подозрительное могли обнаружить? Я честно проходила испытание. И готова сделать это снова, если потребуется.
Женщина улыбнулась и покачала головой.
– Просто иди в комнату для допросов, кадет. Тебя проводят.
Далийцы проводили меня, просканировали часть воспоминаний, но всё, что им удалось выяснить – сбой действительно произошёл не по моей вине.
– Кадет Тавертон, я обещал лично извиниться, если мои подозрения не подтвердятся, – вошёл в допросную адмирал.
Выглядел он величественно, буквально излучая ауру света. Длинные волосы мужчины светлого пепельного оттенка были собраны в хвост, а его одежды больше напоминали сияющие доспехи воинов, которых обычно рисуют в книгах, чем форму начальника космической академии.
– Оставьте это. Вы всего лишь руководствовались уставом. Мне жаль, что причину сбоя так и не удалось выяснить.
– Расследование продолжится. Можете не сомневаться, мы найдём всех виновных. Ваш отец просил уберечь его дочь. Было бы сложно выбирать между долгом и старой дружбой. Хочется верить, что в дальнейшем вы перестанете попадать в неприятности и продолжите обучаться так же прилежно, как и сейчас.
Отец что, самого адмирала попросил следить за мной и моей безопасностью?! Значит, крыса скрывалась где-то ниже? Если бы целью отца было избавиться от меня, а не защитить, как он сказал, то сейчас легко могли подсунуть мне любую технологию и обвинить, но этого не сделали. Задавать вопросы начальнику академии я не стала, решив, что всё равно он не ответит, так как многое не может сказать мне.
Один из далийцев сопроводил меня в медпункт и принёс извинения за доставленные неудобства, а дальше всё было как во сне. Мне снова сделали полное восстановление, и я даже не знала, как долго спала в целительной капсуле, но проснулась бодрой и посвежевшей. Казалось, что родилась заново.
– Доктор Лесстер просил вас спуститься к нему, как только вы придёте в себя, – сообщил елениец, что занимался моим лечением.
Только этого мне сейчас не хватало. В казарме сходили с ума мои друзья, а ещё мне хотелось проверить, ответил ли отец что-то на мой «отчёт».
– Я обязательно навещу его, но сделаю это позднее. Сейчас я устала и хочу спать.