Я стояла боясь пошевелиться, и хотя хвост Дрейка держал меня мертвой хваткой, его стальные объятья не причиняли мне вреда. Подняв голову и встретившись с его напряженным взглядом, я задала самый глупый вопрос который только можно было придумать в данный момент.
— Зачем ты соблазнил Еву?
Дрейк моргнул от изумления, чуть ослабив хватку своего хвоста.
— Я ее не соблазнял.
— А кто заставил ее попробовать запретный плод с дерева Познания Добра и Зла? — с нескрываемым возмущением выпалила я, — если бы не ты, люди до сих пор жили в Раю.
— Я не соблазнял Еву, — упрямо повторил Дрейк, — она поддалась своему искушению.
— Но ведь это ты Змей-искуситель!
— Вот именно. Я Змей-искуситель, а не Змей-соблазнитель! — раздраженно воскликнул Дрейк всплеснув руками, — Я лишь чувствую самые сокровенные, эгоистические желания и способствую их воплощению в реальность. Никакого соблазнения, только внушение.
— Не вижу разницы, — фыркнула я, рассматривая ромбовидную чешуйку на зеленом хвосте, — Еще скажи что ты ни в чем не виноват.
— Сказал бы, да ты все равно не поверишь.
Нескрываемое разочарование скользнуло по лицу Дрейка.
— Уходи.
Освободив меня от своего хвоста, он отвернулся и заскользил по траве в противоположную сторону от меня.
— Дрейк… Я… — я осеклась, не представляя, что можно сказать. С одной стороны я понимала, что он Змей-искуситель, лишивший все человечество беззаботного существования на долгие тысячелетия, но с другой стороны, я видела боль в его янтарных глазах. Она была настоящей. Такое страдание невозможно изобразить, его нужно пережить.
Я вспомнила строчки из Священного писания: "Змей был хитрее всех зверей, которых создал Всевышний". Эти слова заставили меня нервно поежиться. А не пытается ли Дрейк заморочить мне голову, также как и Еве, прикинувшись белым и пушистым?! Но если Еву он использовал, чтобы с ее помощью нарушить заповедь Всевышнего, то для какой цели ему понадобилась я? И присутствовал ли вообще расчет в его действиях?
Всю историю человечества, люди во всех своих бедах винили змея, но так ли это было на самом деле?
Нахмурив лоб, я в первый раз в жизни подумала, что в изгнаний людей с Рая, может быть виноват не только Змей, но и Адам с Евой. Ведь у Евы был выбор поддаться искушению или воспротивиться.
Она выбрала первый вариант. Попробовала запретный плод сама и предложила его попробовать Адаму. А Адам зная, что это плод с дерева Познания Добра и Зла, попробовал его несмотря на запрет Всевышнего.
Выходит не только Змей виноват, но и Адам с Евой. Несправедливо во всем винить только Змея.
Посмотрев по сторонам и заметив, что Дрейк уже в самом конце поляны, я бросилась вслед за ним. Спотыкаясь и запутываясь в собственных ногах, я бежала по зеленой траве, отчаянно пытаясь догнать ускользающего Змея.
— Дрейк, подожди! — с трудом выкрикнула я, запыхавшись от быстрого бега.
Змей замер от моего окрика, будто не веря, что я могла вернуться, а затем медленно повернулся. На его лице читалось удивление смешанное с недоверием.
Не успев сбавить скорость, я резко остановилась около Дрейка, едва не наступив ему на хвост.
— Забыла сказать, что ты меня презираешь? — с холодной усмешкой на губах спросил Змей, — или собираешься обвинить во всех смертных грехах?
— Ни то, ни другое, — покачала я головой, все еще пытаясь отдышаться после быстрой пробежки.
Дрейк недоверчиво приподнял темные брови.
— Тогда зачем?
С колотящимся от волнения сердцем, я смотрела в янтарные глаза Дрейка, молясь про себя, чтобы я не ошиблась. На данный момент, я была единственная на свете, кто поверил Змею и мне было даже страшно представить, что повлечет за собой мое предположение, если оно окажется неверным. Чистилище, будет самым мягким наказанием для меня.
— Я хотела сказать, что несправедливо в изгнании людей из Рая, обвинять только тебя. Виновен не только ты, но и Адам с Евой.
В полной тишине раздался щелчок и золотые, массивные браслеты на предплечьях Дрейка упали на землю.
— Ты меня освободила… — ошеломленно прошептал Змей с недоверием смотря на свои руки. Осторожно потрогав кончиком хвоста свои бывшие оковы, и словно удостоверившись, что больше не находится в их власти, он радостно улыбнулся.
— Освободила? — озадаченно спросила я, наблюдая как с золотых браслетов исчезает краска и они превращаются в обычные железяки.
— После изгнания Адамы и Евы, Всевышний наложил на меня и мое потомство девять кар.
— Девять? — пораженно охнула я. Мысль о том, что Змей тоже мог пострадать, даже не приходила мне в голову, — Почему так много?
— Чтобы я всю жизнь помнил, за что несу наказание.
— Но как же я тебя тогда освободила?
