После того, как старшекурсники ушли, остаток пары мы занимались медитациями. Снова представляли бабочек, цветочки, солнышко и прочие умиротворенные картинки. Я честно старалась расслабиться и навести порядок в эмоциях, но мысли постоянно убегали куда-то не туда. Вот что значит современный человек техногенного мира — все время спешит, каждую секунду о чем-то размышляет, строит планы, решает проблемы. Привычка. Так, о чем это я? Ах да, о бабочках, порхающих над цветочным полем среди гор. Только бабочки почему-то черные с золотистыми узорами представляются, да тени меж травинок бегают.
Внезапно перехватило дыхание, закружилась голова. Я приоткрыла глаза и поймала взгляд Элимара. Опять! Ему еще не надоело с тараном в мои мысли ломиться?! А если я прямо здесь и скончаюсь? «Ой, — скажут, — не доглядели. Вносите новую избранную». Так, что ли?
К концу пары я превратилась в овощ. Не то, чтобы совсем уж плохо стало, но если бы кому-то все же удалось сейчас прочитать мои мысли, он бы их попросту не обнаружил, ибо в голове зияла пустота. Гулкая, звонкая пустота. Шевелиться не хотелось, тело ощущалось как ватное. Я поднялась в числе последних студентов, взяла в непослушные руки тетрадь с вложенной в нее ручкой и медленно двинулась к выходу.
— Лика, задержитесь, пожалуйста, — обратился ко мне Элимар.
Я вздохнула, вымученно взглянула на преподавателя и чуть сменила угол вялого передвижения.
— Лика, что с вами? Плохо себя чувствуете? — в его голосе явно послышалось беспокойство. Причем «послышалось» — ключевое слово. Наверное, у меня снова глюки начались. Переживает он, как же. Как будто не знает, из-за чего мне так паршиво!
— Все нормально, просто немного устала, — сухо отозвалась я, мечтая о том, чтобы скорее отсюда уйти и где-нибудь свалиться. Хоть в коридоре за ближайшим поворотом.
Зачем он ломает эту комедию? Сам ведь чуть не угробил, а теперь делает вид, будто ничего не понимает!
— Привык я, что всегда чужие мысли как на ладони. Вот и не знаю, как себя вести, когда не понятно, что думает собеседник, — неожиданно неловко улыбнулся Элимар. — Может быть, вас проводить до комнаты? Вы еле на ногах стоите.
— Неее, — я мотнула головой. Ох, лучше б этого не делала! Потому как от этого действия мир покачнулся. Я покачнулась вместе с ним.
Тетрадка выскользнула из рук и упала на пол. Я собиралась отправиться вслед за ней, но мужчина вовремя поддержал меня под локоть. Убедившись, что я приняла более ли менее устойчивое положение, наклонился за тетрадью, поднял, вложил в мою ладонь. На мгновение наши пальцы соприкоснулись. Между нами как будто разряд тока проскочил. Я вздрогнула, отдернула руку и попятилась к двери.
— Может, все-таки…
— Нет, не надо! — Я развернулась и с гулко стучащим в груди сердцем рванула к выходу из аудитории. Откуда только силы появились?
Покинув аудиторию, я оглянулась, убедилась, что Элимар не стал меня преследовать — хотя для преподавателя это было бы совсем уж странно — и поспешила уйти. Голова еще периодически покачивалась из стороны в сторону, но хотя бы тело начало слушаться и ноги особо не заплетались. Похоже, встряска помогла мне прийти в себя. Подумалось на мгновение — а может, и вправду, препод ни в чем не виноват? Однако я быстро отвергла наивную мысль. Ни за что не поверю, будто сама перетрудилась, пытаясь расслабиться! Это он, все он!
Поскольку у меня занятий на сегодня больше не предвиделось, решила заглянуть в столовую. Утром я, как ни удивительно, позавтракать успела, но после издевательств над организмом захотелось пить. Быть может, эфельтири выдаст мне вполне приличный напиток с неприличным названием.
Занятия ментальной магией проводились почти на самом верхнем этаже башни, поэтому впереди меня ждал длинный и нудный спуск по лестнице. Честное слово, знала бы заранее — даже ради волшебного шкафа не стала бы напрашиваться на злосчастную менталистику!
Я проходила мимо приоткрытой двери одной из пустых аудиторий, когда вдруг что-то схватило меня за ногу и дернуло назад. Я тихо пискнула и, грохнувшись, состукала челюстью о пол. Одним вскриком дело бы не ограничилось, но стоило мне раскрыть рот, как перед лицом мелькнуло нечто длинное, зеленоватое и вместо кляпа шлепнуло по губам. То ли от потрясения, то ли от вида этой мерзости, однако я подавилась, а оно уже залепило собой рот, не давая ни закричать, ни толком откашляться. Собрат слизкого щупальца, держа за ногу, втащил меня в аудиторию. Третье щупальце захлопнуло за нами дверь.
Вырываясь, всячески извиваясь и мыча, я умудрилась перевернуться с живота на спину. Правда, помогло это не особо. Зато я смогла разглядеть напавшее на меня нечто.
