— Пророчестве, которое невозможно расшифровать, — мрачно уточнил он.
— Попробовать все равно стоит. Вот только мне надо как-нибудь попасть в библиотеку.
Савельхей задумчиво молчал не меньше минуты.
— Что ж, хорошо. Попробуем сначала по-твоему.
Он подошел к шкафу и вытащил знакомую мне черную накидку.
— Твой плащ? — опешила я. — Зачем?
— Раз уж тебе настолько необходимо попасть в библиотеку, то надо как-то замаскироваться, — пояснил он. — Плащ тьмы — идеальный вариант. Все решат, что это я. Ну а то, что ты щуплая и ростом пониже — не проблема. Сомневаюсь, что кто-либо особо меня разглядывал.
— Я разглядывала, — тут же возразила я и запоздало смутилась.
— Я уже говорил, что ты уникальная, — Савельхей засмеялся.
— Ты этого не говорил, — я покачала головой, едва сдержала улыбку.
— Значит, будем считать, что ты этого и сейчас не слышала.
Накинул на меня плащ. На удивление низкий капюшон ничуть не скрыл видимость. Да и никаких спецэффектов от тьмы я не заметила. Изнутри плащ казался обыкновенным. Хотя снаружи, не сомневалась, я теперь похожа на назгула. Ага, на мелкого такого, щуплого, недокормленного назгула, который будет шугаться каждого встречного.
— Не передумала?
— Нет, — я мотнула головой. — Пророчество непременно нужно узнать. Не уверена, что у меня это получится, но я должна хотя бы попробовать его расшифровать.
— Встретимся тогда в библиотеке уже, я тропой теней пойду, чтобы никто не озадачился наличием двух темных властелинов. Ты только будь осторожна, хорошо?
Я кивнула. Поспешила выйти из комнаты, слишком сложно все-таки было выдержать взгляд Савельхея.
До библиотеки я добралась без приключений. Все попадавшиеся навстречу студенты спешили скрыться. Видимо, опасались, что злой-презлой темный властелин начнет за ними гоняться с жутким улюлюканьем.
На этот раз двери удалось открыть с первого раза. Да и в самой библиотеке меня ждал сюрприз.
— Боня! — радостно воскликнула я, завидев сидящего за столом друга.
У единорога от изумления даже очки съехали. Отложил толстенную книгу и неуверенно уточнил:
— Лика?
— Не узнал, что ли? — я сняла плащ и повесила его на спинку стула.
— В таком виде кого угодно сложно узнать. Ты как? А то из Друндгильдиного «бледная, тухлая и в общем кислая» я мало что понял.
— Ну она вполне точно тебе мое состояние обрисовала, — я вяло улыбнулась. — Но это сейчас не важно. Ты, кстати, зачем здесь?
— Да вот, проявляю бессмысленное упорство, — Боня кивнул на стопку потрепанных книг на столе перед ним. — Пытаюсь пророчество расшифровать. Мутит что-то эта избранная, надо как-то поскорее ее на чистую воду вывести. А то пока Элимар объявится, всем нам тут хана.
— И мне в первую очередь. — Я придвинула стул и села. — У тебя хоть какие-нибудь зацепки есть, как это пророчество расшифровывать?
— Никаких, — он покачал головой. — Не ожидал я, конечно, от Даридадуса, что он так нас подведет…
— Погоди, — спохватилась я, — я же его видела! Он в бестиарии от кого-то прячется! И как раз из-за пророчества!
— Да? — Боня помрачнел еще больше. — Ну тогда шансов вообще нет. Сам он оттуда не высунется.
Я на мгновение задумалась:
— А если попытаться его найти?
— Как? В бестиарии? Лик, там подземелье больше, чем вся академия. А уж если призрак не захочет, чтобы его отыскали, то шансов практически нет.
— Но меня же Савельхей как-то нашел, Бонь. Давай его подождем, он скоро прийти должен. Может, что-нибудь насчет подземелья и Даридадуса посоветует.
Едва я договорила, как двери библиотеки отворились. Но вопреки моим ожиданиям, вошел не темный властелин, а вампир.
— О, Лика, так вот ты где, — немного равнодушно констатировал Ийрилихар.
Подошел и сел к нам за стол.
— Слышь, однорогий, иди погуляй где-нибудь минут десять, мне с Ликой поговорить надо.
— Слышь, клыкастый, иди-ка ты сам прогуляйся, — столь же вежливо парировал Боня.
— Ийрилихар, ты вполне можешь говорить при Бонифации, — поспешила вмешаться я, — ему можно доверять. Я могу ручаться, уж он-то точно ни с какими Братьями Арханами не связан.
— Я в шпионаже его и не подозреваю. Дело не в этом. Мне с тобой о личном поговорить надо.
Я растерялась. Что это на вампира нашло? О каком таком личном?
— О, да… — Бонифаций демонстративно закатил глаза. — О личном. У темного властелина разрешения спросить не забыл? Ахах, загадку хочешь?
— Не хочу, — Ийрилихар уже начал раздражаться.
— Не важно. Слушай. — Единорог на мгновение задумался и выдал: — Угадайте, кто таков: голодный, грустный и без клыков, ходит запинается, и малость заикается! Ну? Есть версии? Нету? А отгадка такая: это Ийрилихар ист Теркан после того, Савельхей ним Шагрех с ним доходчиво насчет Лики поговорил.
Вампир наградил его мрачным взглядом, но в перепалку вступать не стал. Вновь повернулся ко мне.
— Лика, я серьезно. Это очень важно.
— Что-то случилось? — насторожилась я.
— Пока нет. Но случится, — туманно ответил он.
— Бонь? — я посмотрела на единорога.
