- Правда?
- Почти, - хриплым от сна голосом, ответил лорд директор.
Я вздохнула, возмущенно достаточно, и уже хотела высказать, что
думаю по поводу «почти», как магистр тихо спросил:
- Почему ты такая?
- Какая? – удивленно спросила я.
- Скованная, - Риан осторожно погладил по руке. - Как река зимой
- вся льдом окованная.
Я подумала, и едва слышно прошептала:
- Не знаю… просто такая… северная.
- Приграничная, - он сплел наши пальцы.
- Приграничная, - согласилась я.
- Но ведь и в Приграничье бывает весна, лето, теплая осень…
- Бывает, - меня убаюкивал его голос.
- Почему же ты, все так же льдом окована?
У меня не было ответа на его вопрос, просто не было.
- Однажды, - Риан прикоснулся губами к моему плечу, - одна
маленькая девочка нашла в себе силы проклясть собственного
лорда директора. Твои глаза горели в тот миг, в них огонь пылал -
огонь надежды, огонь веры, огонь силы… Твоей силы, родная. И в
Последнюю Ночь зимы в твоих глазах пылал огонь решимости и
веры, веры в свои собственные возможности. И я понял, что не в
праве погасить это пламя – твое пламя. Мог бы, но не прощу
самому себе этого.
- Ты… пожалел меня? - срывающимся шепотом, спросила.
- Я себя пожалел, Дэя, себя в первую очередь, я бы себе этого
никогда не простил.
И тишина заполнила гостиничный номер маленького прибрежного
городка. Такая бесконечно теплая тишина, которая существует
лишь между самыми близкими людьми… И тогда я призналась:
- После случившегося с отцом, после отвратительного поступка
лорда Градака, я себя… виноватой чувствовала. И грязной… и
слабой, я самой себе была отвратительна…- магистр промолчал, и я
была благодарна ему за это, именно его молчание позволило
продолжить: - Я росла, запрещая себе даже думать о любви… Мои
сестры, родные и двоюродные, мои подруги, каждую весну
становились похожи на цветы – а я… я запрещала себе бегать на
луг, водить хороводы, да и взгляд от земли на парней не
поднимала… И лишь когда смогла поступить в Академию
Проклятий, когда и с работой все устроилось - я позволила себе
мечтать. Изредка, по ночам, когда в таверне становилось мало
посетителей, я мечтала о том, что в моей жизни появится кто-то
сильный, кто увидит меня, кто услышит меня, кому я буду не
безразлична… Лорд Шейдер Мерос казался мне именно таким. И я
мечтала о том, что когда-нибудь он приедет со мной в Загреб,
одним взглядом заставит Градака отказаться от своих притязаний,
заставит замолкнуть тетю Руи, и когда он будет рядом со мной,
отец прекратит… Отец успокоится и начнет жить, а не…
Мне было тяжело об этом рассказывать, всегда тяжело от того, что
мечты разбиваются, и все же, я продолжила:
- В то утро, когда лорд Мерос вызвался проводить меня, я шла
рядом с ним и… И совсем не хотела, чтобы он оказался таким же,
как лорд Градак… Но он поступил так же… А я, не смотря на то,
что стала старше, жила теперь в Ардаме, и училась в Академии
Проклятий, как та маленькая испуганная девочка сжалась, и даже
не смогла сказать «нет». Мне просто было очень больно…
Судорожно сглотнув, я вдруг тихо призналась самой себе:
- Я люблю тебя… Люблю настолько, что если с тобой что-то
случиться - я не смогу жить. - Риан сжал мою ладонь,
протестующее сжал, но: - Я не хочу быть грязной, неправильной и
испорченной в твоих глазах… Особенно в твоих глазах…
Вот я все и сказала, что могла и как могла, и едва дыша ждала…
Хоть чего-то. Чего я совсем не ждала, так это едва слышных слов
магистра:
- Дэя-Дэя… - а затем он стремительно поднялся надо мной,
развернул, заставив лечь на спину, и едва наши взгляды
встретились, спросил: - Ты меня любишь?
Медленно краснею, и ведь только что сказала ему об этом, но
повторить вот так, глядя в его черные мерцающие глаза, и все же:
- Да, - прошептала я.
- А каким ты меня любишь? – задал неожиданный вопрос магистр.
Я с некоторым недоумением посмотрела на него, но Риан с моим
молчанием был не согласен:
- Каким, Дэя? - и взгляд такой, требовательный.
- Каким? - переспросила я.- Ннне знаю… вопрос «каким» даже не
учитывается… любым… разным… просто таким, какой есть…
Магистр так нежно улыбнулся, и уверенно произнес:
- Вот и я люблю тебя такой, какая ты есть. Любой. Сопоставь свои
слова, сказанные о чувствах ко мне со своими же опасениями, и
поймешь – они беспочвенны. Абсолютно. И я не перестану любить
тебя и восхищаться тобой, если ты ответишь на мои поцелуи -
напротив, для меня это маленькое, но признание в твоих чувствах.
И мне нравится смотреть на тебя любую - в одежде или без, когда
ты улыбаешься, или в твоих глазах блестят слезы… Ты моя, ты моя
настолько, что это иногда даже меня пугает, но ты часть меня,
моего сердца, моей души, и даже моих желаний. И ты навсегда
чистая, правильная и самая лучшая для меня, - он улыбнулся и
лукаво добавил, - даже когда нагло лжешь.
Я смутилась окончательно.
- Люблю тебя, - прошептал Риан, склоняясь к моим губам.
Я ответила «люблю» поцелуем…
****
Тук. Тук. Тук…
Зевнув, я сладко потянулась, ощутила, как простынь соскальзывает,
и мгновенно все вспомнила!
Тук. Тук. Тук…
Правда не знаю, что было громче - стук моего сердца или стук в
дверь. А еще я решила глаза не открывать!
Тук. Тук. Тук…
