– А почему бы и нет, – нагло отозвалась она, – теперь ты не будешь меня доставать вопросами типа «Где Риан?», а так же бледным видом и трясущимся подбородком. Так чего звала?
Решив на нее не обижаться, тихо сообщила:
– Счастливчик… разговаривает.
– Даа?- Дара мгновенно оживилась. – Мм, а что было у тебя ночью с Тьером?
Медленно, но основательно краснею, после чего поспешно меняю тему разговора:
– Так значит это нормально, что он разговаривает?
– Ммм, умалчиваем? – Дара с хитрым прищуром смотрела на меня.- Я сейчас.
И исчезла. Ну, совести у нее никогда не было и с тяжелым вздохом неудовлетворенного любопытства, я направилась в душ. Каково же было мое удивление, когда дверь захлопнулась перед самым моим носом!
– Понимаешь, тут такое дело, – Дара возникла у двери, отрезав путь к душевой, – мы, возрожденные, питаемся эмоциями. И когда набираем приемлемую форму, захватываем контроль над телом, если таковое имеется. А твой котяра на фоне твоих переживаний на удивление быстро вырос, вероятно, за ночь сумел перестроить глотку животного, так что теперь да – разговаривает.
Все это было очень интересно, но:
– Дара, спасибо, а теперь извини, я уже опаздываю, мне бы хоть умыться.
Коварная улыбка расцвела на призрачных губах и почти сразу в мою дверь постучали, после чего раздался голос капитана Верис:
– Риате!
– Войдите, – грустно отозвалась я.
Дверь открылась, судя по звукам, Верис вошла, а дальше прозвучало нечто:
– Какая киса! Мурк, детка, а что ты делаешь этой ночью?
Молчание. Счастливчик принял его за согласие, и промурчал:
– Муррр, а ты горячая кошечка…
– Не огненная точно, – буркнула Верис, и, промаршировав через гостиную, ворвалась в мою спальню. И вот при нас, она позволила себе возмутиться: – Что эта драконья харя себе позволяет? Надо было его прирезать сразу!
– Расслабься, – отозвалась Дара, – принимать иные формы он пока не в состоянии.
– «Пока»! – Верис выглядела крайне возмущенной. – Но при прошлом возрождении дух Золотого дракона был первым бабником во всей Темной империи!
– Даааа? – Дара удивленно приподняла брови. – А вот это уже любопытно. – И тут же с намеком: – Кстати, мне любопытно и еще кое-что…
Верис тут же вспомнила о моем существовании, стремительно подошла, втянула воздух и разочарованно:
– Ничего. Пара нежных поцелуев, несколько прикосновений, и похоже, ношение одежды Тьера. Твои предположения не оправдались.
– Но кошара же вырос! – возмутилась Дара.
– Это я заметила, – прошипела капитан и уже мне: – А с тобой, мелкая грабительница архивных фондов, я потом еще очень серьезно поговорю! И поверь – заступничество Тьера, который на все обвинения просто всем сказал «Риате не сметь трогать», тебя не спасет!
Бездна! Семестр обещал стать очень не простым.
– А теперь живо умываться и на построение! – рявкнула куратор напоследок.
Дара молча освободила мне путь в душевую, а после они обе и вовсе покинули спальню. Умываясь и торопливо одеваясь, я слышала обрывки их разговоров:
– Зачем ты так с ней? – тихо спросила Дара.
– Потому что есть правила, и нарушать их никому не позволено!
– Ты в курсе, почему она туда полезла, – не ожидала я заступничества от духа смерти.
– Она применила проклятие относительно служащего академии, Дара! Это нарушение всех правил, да ее за такое отчислить следует!
Неожиданно в мою защиту высказался Счастливчик:
– Довели, девочку, довели…рррр. – На этом он не остановился. – Как нюхать так вы перрррвые, а как помочь, не дозовешшшшься.
Молчание и первой возмутилась Дара:
– А что мне было ей отвечать? Тьер передо мной не отчитывается!
– А я… я… – Верис тоже была возмущена, – я не обязана нянчится с каждой адепткой.
– А никто и не прррросит, – мурча ответил Счастливчик. – А если тебе, киса, чужая личная жизнь покою не дает, так пррриходи ночью, твою собственную наладим, мррр.
Входные двери хлопнули. Стало тихо.
Торопливо одевшись, я вышла. Счастливчик дремал на диване, и по кошачьи приоткрывая один глаз, хитро поглядывал на меня.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я.
– Обррращайся, – промурлыкали мне в ответ.
К сожалению, на разговоры времени не было.
На построении я встала рядом со счастливой Янкой, и не подалеку от очень несчастной Ригры. Сразу после выслушивания речи Верис о том, что она рада нас видеть и надеется, что каникулы прошли плодотворно, Тимянна мне радостно прошептала:
– Я выхожу замуж.
Первой моей мыслью стало, что матушка так достала Юрао, что он решил спешно жениться, но… Но тут Янка добавила:
– Ты ведь извинишься за меня перед Юрочкой?
– Нет, – решительно ответила я. – Это ваши отношения и я вмешиваться не стану.
Тимянна надула губки, тяжело вздохнула и грустно сказала:
– Ну и ладно, он все равно видел нас с Таэком под мандрагорой в первую зимнюю ночь.
