И вот теперь, спустя неделю, мы идем с Морвином под гулкими сводами Академии пурпурной розы. Академии, которая дала нам так много, по сиреневым коридорам которой, кажется, до сих пор бродят наши тени.
Академии, которую мы видим в последний раз. Потому что королевским указом Академия пурпурной розы закрывается и вновь переименовывается в Замок пурпурной розы.
Отныне в ней снова будет расположена королевская резиденция. Ее величество королева просила об этом супруга, и он согласился. Тем более, что открытие Академии магии, учитывая все произошедшее в ней за столь короткий период, было признано преждевременным. Все мы убедились в том, что такое ответственное начинание требует более тщательной подготовки. Ведь ни преподаватели толком не были проверены, ни учебные планы составлены, ни учебники написаны. Корпус студентов тоже был отобран недостаточно тщательно, раз уж в него умудрилось затесаться аж два некроманта, один менталист с высочайшим уровнем способностей и практически без возможности контроля, и целый один разведчик из другого мира.
Собственно, последнее и стало причиной того, что мы с Морвином шли сейчас полупустыми коридорами Академии в сопровождении двух стражников с эмблемами королевской династии Стратагенетов на кирасах.
Нас пожелал видеть Его королевское величество Хьюго VIII Стратагенет.
У входа в Главный тронный зал, который Замок пурпурной розы сам создал из бывшего лекционного зала, мы притормозили. Морвин выглядел спокойно и вполне внушительно — ради такого случая он снова надел тот свой короткий церемониальный плащ с меховой опушкой. Меч-ворон его отдать никто не заставлял, и это меня немного обнадеживало. К тому же, хотя папа ничего такого и не говорил, я почему-то была уверена, что он успел уже поговорить насчет своего иномирного зятя с другом-королем.
И все-таки я волновалась. Хьюго слыл хоть и справедливым монархом, но волевым и с довольно жестким характером. Ответственность за целую страну непременно накладывает отпечаток на личность. Да к тому же сильнейший менталист. Именно он в порыве гнева стер когда-то личность провинившегося подданного до состояния агукающего младенца. Это и стало отправной точкой, которая привела к заговору Авроры Оскотт против магов. Кстати, заговорщики до сих пор ждали решения своей судьбы в королевских тюрьмах. А тут — целый разведчик из другого мира, который обманом проник в королевскую Академию. В общем, ситуация тревожная, как ни крути.
Морвин взял меня за руку и ободряюще улыбнулся. Понимая, что на нас сейчас направлено несколько пар чужих глаз, он не позволил себе никаких нежностей и ласковых слов, но я решила, что раз он так спокоен, наверное уверен в благоприятном исходе разговора. И тоже попыталась успокоиться. Все-таки я сейчас представляю не только своего супруга, но и род Винтерстоунов. Нельзя ударить в грязь лицом.
Я выдохнула, расправила плечи. Стальной шелк моего платья как нельзя лучше подходил настроению и статусу хозяйки Замка стальной розы — обретенного вновь наследия наших предков-эллери. Еще одного сокровища в созвездии возрожденных Замков роз. Теперь остались мертвыми пепелищами всего лишь три — Замок серебряной розы, Замок медной розы и Замок пепельной розы. Но я уверена, и они когда-нибудь восстанут из небытия. Наверное, просто ждут пока своих настоящих хозяев.
На троне, что казался слишком помпезным для нее, рядом с королем сидела и королева Николь. Когда мы подходили, она улыбнулась нам ободряющей мягкой улыбкой, от которой на ее круглом лице показались уютные ямочки. На коленях у хозяйки разлегся Тушкан, нежился в складках пурпурного бархата. Когда ее рука почесывала пушистое брюшко, мордочка зверька отражала неописуемое блаженство. Рада, что у них все наладилось, и малыш не будет больше одинок и несчастен. Быть может, это хоть немного заглушит боль и чувство вины королевы из-за невозможности родить наследника своему королю.
Мы с Морвином остановились на почтительном расстоянии перед тронным возвышением. Его величество, затянутый в строгий белый офицерский китель с золотыми эполетами, заговорил первым. У него было красивое волевое лицо, обрамленное аккуратными усами и короткой светлой бородой. Прозрачно-голубые глаза, неподвижные, немигающие, казалось, смотрели прямо в душу.
— Приветствуем вас при дворе Королевства Ледяных Островов, Морвин Эрвингейр и Эмма Эрвингейр. Мы благодарны вам за помощь в прекращении природных бедствий, что терзали наше государство и наших подданных столь долгое время.
Морвин поклонился, я присела в глубоком реверансе.
Взгляд короля стал тяжелым, давящим. Казалось, в зале сгустился воздух. У меня заломило виски.
