— Ты имеешь в виду того ушастого вредителя, который временами приходит к нам из Обители Чудовищ, чтобы истребить драгоценные посевы?
Мой взгляд снова взлетает к его лицу. Ничего не могу с собой поделать — огни в глубине зрачка завораживают. Хочется снова и снова любоваться их пляской и пытаться разгадать, что же они выражают. Какая еще Обитель Чудовищ?
— Тушкан хороший! Просто… слишком любознательный. Поэтому иногда… может вести себя как самое настоящее стихийное бедствие. Но он не со зла!
Темный взгляд становится серьезнее.
— И зачем же ты явилась в наш мир, маленькая хозяйка этого большого бедствия?
Подается вперед, заглядывает мне в лицо — ищет. Лжи или правды. Тоже не знает, чего от меня ждать. Ведь от моего мира, судя по всему, он не привык видеть ничего хорошего. А я могу думать только о том, что вдобавок ко всем моим мучениям добавляется еще и совершенно сумасшедший запах — терпкий, пряный, незнакомый… и умница Эмма, никогда в жизни не совершавшая сумасбродных поступков, еле удерживается от того, чтобы сама, робким пугливым зверьком прийти прямо в руки стоящему напротив человеку, свернуться калачиком на груди и вдыхать этот запах, уткнувшись носом — присваивать себе без остатка.
Трясу головой, сгоняю наваждение. Все-таки, в наличии Сферы были свои плюсы, оказывается. И теперь я абсолютно не готова справляться с той оглушающей симфонией ощущений, которая ринулась со всех сторон на мой не привыкший к подобному богатству организм.
— Я… случайно. Заблудилась. Я никому не хотела навредить! Клянусь. И… за Тушканом теперь прослежу, он больше не будет к вам ходить. Прости, что тебе пришлось из-за нас…
Бросаю пристыженный взгляд на чаши.
Незнакомец молчит, взвешивая мои слова. Я, затаив дыхание, жду. Верит? Как же мне хочется, чтобы — да.
Судя по улыбке, легкой тенью упавшей на губы, и правда верит.
— Ну, допустим заблудилась. Что собираешься делать теперь?
— Вернусь домой. Если найду, как.
— А у тебя дома все такие маленькие? — спрашивает неожиданно серьезно, при этом смерив смеющимся взглядом с головы до ног.
Мне вдруг становится обидно. Да, я прекрасно рассмотрела ту девицу, которая в их мире, наверняка, считается эталоном красоты. Ростом она почти не уступала Незнакомцу — а ведь он выше меня на полторы головы, я даже до плеча не достаю! И она… очень сильная. Мускулистая, крепкая, хотя и женственная. Настоящая воительница. Представляю, какой бледной немочью смотрюсь на фоне такой ослепительной красавицы — со своим серым платьем прилежной студентки, тонкой шеей, нежными ручками и бледной кожей, почти не знакомой с солнцем. Про сравнительные характеристики наших объемов… в интересных местах вообще помолчу. А тут он — со своим издевательским «у вас все такие маленькие?».
— Я не маленький ребенок! — срывается с губ обиженное, прежде, чем понимаю, как глупо звучит.
— А я заметил. Еще в прошлую нашу встречу.
Смеющийся взгляд прогуливается по плечам и опускается ниже. Да, в этом мире живут определенно не джентльмены. Вот только их дикарские замашки, судя по всему, заразительны. Потому что я тоже веду себя совсем не как положено леди. Леди уже давно бы возмущенно отодвинулась. А я продолжаю стоять как вкопанная, хотя нас разделяет уже меньше двух ладоней расстояния.
— Просто наши миры разные… — говорю невпопад, чтобы хоть что-то сказать и заполнить смущающую паузу.
— Да. Ваш явно очень странный, — соглашается Незнакомец. — Хотел бы на него посмотреть. Столько загадок. Вот, например. Никак не могу понять — может быть, ты объяснишь?
Поднимает руку и проводит кончиками пальцев по ткани моей юбки вдоль бедра — снизу вверх, до самой талии. Меня уже качает и пол плывет под ногами — и я даже не знаю, как реагировать на подобную бесцеремонность. Тем более, что наглая лапища так и осталась на моей талии, как будто ей там самое место.
— Не понимаю, Ледышка — зачем столько бесполезной ткани?
Ну да. Их-то женщины в крохотных обрывках тряпок ходят. Все прелести напоказ. Кошмар просто. Этот наглый варвар и прилично одетых девушек наверняка в своей жизни не видел.
Вспыхнув, все-таки отвечаю:
— Затем, например, чтобы не было холодно.
— Тебе холодно? — снова удивленно поднимает бровь. А я удивлена вообще, что он знает такое слово. Ума не приложу, как можно ходить босиком. Пол же просто ледяной!
— Не то слово! Ужасно замерзла. Ноги уже отваливаются, — неожиданно сообщаю доверительно, хотя не собиралась. Это опять на меня не похоже. Эмма же умница. Эмма никогда ни на что не жалуется и больше всего на свете боится доставить кому-нибудь проблемы.
— Ну, это мы сейчас исправим.
К одной ладони добавляется другая. Незнакомец просто-напросто приподнимает меня над полом, как пушинку… и ставит сверху себе на голые ступни ног.
Мои заледеневшие подошвы обжигает теплом. Волна жара бежит по телу и зажигает щеки. А нежная кожа на губах пересыхает, и я облизываю их нервным движением.
Близко. Слишком близко. Оглушающе близко для такой как я.
— Так тебе теплее, Ледышка? — тихий голос над самым моим ухом. Дыхание касается волос.
— Почему Ледышка?.. — шепчу едва слышно.
