– Не в этом дело. Понимаешь, многоликие – народ особый. Как бы тебе объяснить. Допустим, я решила обернуться тобой и соблазнить Кайрана или, не знаю, к папочке твоему пойти на поклон. Нужно не только облик твой перенять и голос. Это проще простого. Надо умудриться скопировать манеру речи, жесты. Как ты ешь, как ты сидишь на стуле, как голову склоняешь при чтении. Деталей миллионы, и проколоться можно на самой обидной, досадной глупости. Мастерство оттачивается годами, если не десятилетиями. А здесь… Грубая работа. Я вижу промахи, потому что знаю, где их искать.
На душе похолодело.
– Хочешь сказать, они – многоликие?
Брови Рессарии взлетели вверх, весьма комично. Только Сианне уже было не до смеха.
– Куда там. Обыкновенные перевертыши.
На последнем слове многоликая брезгливо поморщилась.
– Да объясни ты толком? Почему?
– Ты что, русалку в жизни не видела?
Видела. И до этой самой секунды была на сто процентов уверена, что на острове их встретили русалки, а не какая – то гадкая нечисть.
– Ладно, – Ресса сжалилась. – Объясняю еще раз. Диа, например. Говор у нее такой мурчащий. Это не попытка соблазнить. Ей просто сил не хватает долго поддерживать облик, вот и прорывается нутро там, где может. Ты вообще знаешь, что такое перевертыш в своем первозданном виде? Что – то среднее между кошкой и бесом. Редкостная пакость. Мелочная, злобная и очень падкая на деньги. И голос у них такой же. Урчащий. Риа – еще проще. Она на камне развалилась так, будто хвост ей в новинку. Слишком большой, неловкий. Постоянно подвигалась, вертелась, стараясь найти позу поудобнее.
Разложила «по полочкам». Сианна дар речи потеряла, причем совсем. С одной стороны, аргументы многоликой больше походили на бред сумасшедшего, но с другой – если Рессария была права, то им, по сути, крышка.
– Ты уверена, что тебе не показалось? Подумаешь, хвост. Может, спина у нее болит! – контраргумент все – таки нашелся. – А второй просто нравится так разговаривать. Обольстительным ей кажется.
Ресса вздохнула и неопределенно мотнула головой, но все же ответила честно:
– Не уверена. Мне надо их «прощупать». Но так просто мне не подобраться, женщин они сторонятся. Коснуться себя не дадут. Поэтому я и пришла к тебе.
– А я чем могу помочь?
– Сианна, не тупи! Я могу обернуться Кайраном. Риа так страстно его жаждет, что подмены точно не заметит. Поболтаю с ней минут пять, вина пригублю, ну и поглажу там по плечу. За руку возьму, в конце концов. Мне одного прикосновения будет достаточно. Просто отвлеки его, дай шанс объясниться. Обиженной сильно прикинься. Если и правда русалка, я дам тебе сигнал, и ты его отпустишь. Пусть идет, целует. А если все же перевертыши, тогда ноги делать надо. И как можно быстрее.
– Только этого нам не хватало, – от новостей у Сианны разболелась голова. – Может, просто ему все рассказать?
– Уж нет. Он меня тогда туда не пустит. Килмару я сказала, чтобы был бдителен. Зубы заговаривал как можно дольше и ни под каким предлогом не трогал эту гадость. Меня Эймер подстрахует. Я разрешила себя «слушать».
Да Рессария тут целую военную операцию развернула. Хотя, чего еще ожидать от женщины, которая умудрилась проникнуть в форт под видом начальницы охраны, чтобы спасти племянницу.
– Остальные в курсе?
– Нет. Эймер «менталку» кинет, если мои подозрения подтвердятся. Корабль не прошу, но на лодку сил тебе хватит?
– Я нарисую заранее, но как дальше пойдет, не знаю, – Сианна опустила глаза на песок. – Мне все это пока в новинку. Силы может и восстановились, только корабль такой может ко дну пойти. Здесь нужно знать конструктивные особенности, тонкости.
Поток незнакомой магии ударил прямо в лицо, оторвав ее от созерцания ракушек, выброшенных на берег во время прилива. Перед ней стоял Кайран. Точь – в – точь.
– Ну что? – соблазнительно мурлыкнул «Кай». – Похож?
– Ужас какой… Даже голос его. Боги, Ресса, прости. Не хотела обидеть.
Мастерство многоликой ее до глубины души поразило. Рост, телосложение, черты лица. Глаза его. С этой диковинной расцветкой. Ямочки такие же на щеках, точно как были у Кайрана, когда тот улыбался. Веснушки. Каждая на своем месте. Она бы и сама не отличила сразу. А у русалки уж тем более не было шансов.
Если то, конечно, были русалки…
Облик Кайрана ощущался… Как это сказать. Необычно, что ли. Ресса подняла красивую мужскую руку с длинными аккуратными пальцами и мощными предплечьями, по которым словно ручейки разбегались в разные стороны вены, и запустила ее в волосы, намереваясь предать буйным кудрям более – менее приличный вид.
Мягкие, шелковистые, как и тогда, кажется, в другой жизни, когда он лежал у нее на коленях, разомлев после жаркой ночи, а Рессария массировала ему виски, то и дело отвлекаясь на рыжие игривые завитки.
