– Царь-батюшка… – В тронный зал степенно вплыла дородная красавица. Боярыня Муромская, нянюшка царевны. – У ворот две крестьянки стоят, говорят, что наемницы и что могут кровинушку нашу вернуть!
Мужчина на троне, еще пару месяцев назад полный сил, сейчас только седой головой качнул.
– Зови, боярыня, зови. Не в том мы положении, чтобы от надежды отказываться.
В зал вошли две такие молоденькие девушки, что сердце царя дрогнуло.
– Добрый вечер, государь, – пропела блондинка. – Мы с подругой воины из далекой страны, путешествуем по миру, чтобы других посмотреть да себя показать.
– Слышали мы о беде, что на царство ваше обрушилась, и решили силу свою испытать, – подхватила вторая, на которую даже воины у дверей косились, позабыв о своих обязанностях. Уж хороша была чертовка больно! Ее подруга была красива тоже, но красота ее человеческая, знакомая, а эта красноволосая – нелюдь словно.
– Вознаграждение большое, не поскуплюсь за дитя свое единственное! – сказал твердо царь. Несмотря на крестьянскую одежду, двигались гостьи, как бывалые воины, гибко и экономно.
Девушки переглянулись.
– Царь-батюшка, – сказала красноволосая, – мы можем только забрать душу дочери вашей да сделать так, что злодею временно ни до кого будет. Вы же, улучив момент, всей своей армией собранной и ударьте.
Мужчина промолчал, но в его синих глазах мелькнула решительность. Поклонившись, девушки покинули дворец.
Царь смотрел им вслед из окна, пока они не растаяли в подступающих сумерках, а потом спросил у боярыни Муромской:
– Что скажешь, Настасья Алексеевна?
– Не врут они, – ответила боярыня. – Вернут они нам нашу красу ненаглядную.
– А много ли в их словах лжи было?
– Много, почитай все, – хитровато прищурив глаза, сказала боярыня. – Да только не их вина в таком умолчании. Да ты, царь-батюшка, не сомневайся, а прикажи светлицу царевны вымыть, цветы свежие нарезать, сласти и фрукты заморские поставить да приготовить кошели с наградой. Девушки обратно вернутся, спешить будут. Надо заранее все сделать.
– Ох, Настасья Алексеевна, поверить бы тебе…
– И поверь. Разве хоть раз обманула я тебя? Хоть раз слово мое неверным было?
Царь вздохнул, подумал и склонил голову.
– Хитра ты, боярыня, умна ты, да слова твои вещие всегда. Пусть по-твоему будет.
И завертелось все во дворце, забурлило, только боярыня с места не двинулась, в руке флакончик малый баюкая. Наемницы они или нет, крестьянки или воины – боярыню мало волновало. А вот то, что можно царевну к жизни вернуть да царя от седины избавить, она теперь точно знала!
– У нашего некроманта жуткий вкус, – констатировала Карен, изучая уродливую башню из серого камня.
– И не говори, – согласилась Лея, осматривая стражей башни, серых каменных тварей, классификации не поддающихся.
– Вот скажи, как ты предлагаешь мне попасть в сокровищницу? – осведомилась Карен.
– Очень просто, – улыбнулась демонесса, вытаскивая из-за пояса две бутылочки. – Вот это, – она демонстративно взболтала белое зелье, – поможет тебе пройти мимо всех стражей незамеченной. Ты как бы станешь тенью. Принимать внутрь.
– А второе?
– Рабочий инструмент при тебе, но кое-где будут магические замки. Чтобы тебе с ними не разбираться, воспользуешься вот этим. – Темно-синяя колба перекочевала в руки Карен.
– И все?
– Пара советов. Первый – на обратном пути зелье может закончиться в любой момент. И второй – будь осторожна.
Карен подмигнула и, залпом выпив зелье белого цвета, двинулась к дверям. Каменные стражи на нее даже не прореагировали.
А Лея, переглянувшись с лисенком, начала чинить диверсию. Для начала магическая взрывчатка, потом несколько колб гиротского огня, очень интересного зелья с точки зрения алхимиков: после небольшого бабаха появлялись дым, чад, огонь – и все безвредное и иллюзорное. Последними свои места заняли кристаллы иллюзии и зелье разрыва власти, подмешанное в состав для питания мертвого войска некроманта. Оценив дело рук своих, Лея устроилась поудобнее на толстой ветке старого дуба, потеснив одного каменного стража. Демонесса и лисенок также выпили зелье тени, чтобы не привлекать внимание стражей.
Первым взорвались колбы с гиротским огнем, и началось веселье. Зазвенели сразу все виды сигнализаций – потревоженные магические линии подняли такой звон, что во двор выскочил сам некромант, на ходу натягивая старый халат.
Пометавшись по двору, он заметно успокоился, наорал на мертвяков. И в этот момент Лея получила сигнал от Карен.
– Я вошла в сокровищницу. Запускай фейерверк.
Весело покивав, демонесса подожгла магическим импульсом взрывчатку, и веселье пошло по новой. Ведь прежде чем некромант убедился, что огонь на этот раз настоящий, пара отрядов мертвяков сгорела в пламени.
Карен в это время стояла в сокровищнице и пыталась отыскать нужное ей среди всего, что было там навалено.