– Сидя не получится. Разве что ты сядешь на стол для удобства, – его голос стал вкрадчивым, как у демонического котяры, а кончики пальцев скользнули по моей щеке.
Я отдернула голову, прошипела:
– Руки уберите, ваше темнейшество. У нас договор о нераспускании ваших конечностей, забыли?
– Как можно! Я просто настраиваюсь. Ты же должна помнить, что магическую печать снять не так просто, нужна подготовка, настрой. Я бы и не настаивал, но снять ее необходимо: Тени ее чувствуют не хуже меня, и через нее знают о том, где тебя искать. А лишаться из-за какой-то печати моей единственной… ками-рани я не намерен.
Пришлось лечь на ложе поверх покрывала.
Процесс снятия печати опять оказался долгим: Темнейшество бессовестно гладило, ласкало и всячески растягивало удовольствие, пока не осознало, что ему проще оживить статую, чем согреть лунную деву, не желающую согреваться. Сложив руки на груди, я терпела его ласку, закрыв глаза, чтобы не видеть странной нежности синих глаз, и изо всех сил представляла перед собой жуткое чудовище, сидевшее на Троне в ночь коронации.
– Всё? – Я открыла глаза, когда Дьяр, тихо выругавшись сквозь зубы, отстранился.
– Нет. Я не могу работать в условиях вечной мерзлоты! – Он убрал руки, сел на край ложа спиной ко мне. Спросил глухо: – О ком ты сейчас думала?
Я тут же одернула одежду, а для верности еще и в покрывало укуталась.
– О владыке на Темном Троне почему-то вспомнилось. Очень внушительное зрелище было.
Его плечи поникли.
– Понимаю. Я страшен. С такой рожей о любви и взаимности можно забыть.
– Почему же, там многие демоницы пылали восхищением, но больше вожделением к вашей необъятной персоне. Некоторые даже искренне.
Он фыркнул.
– Не к моей персоне, Лика, а к вакантному месту владычицы. К отцу они точно так же пылали. Я никогда не хотел становиться владыкой, но отец принял такое решение и не оставил мне выбора.
– Не рассказывайте деве юной сказки. Вы же его наследник! – натянув покрывало по шею, я тоже села. – Каким еще могло быть его решение? Это ваш долг.
– Наследником должен был стать Ирек, уродись он немного другим.
– Бастард?
– У нас важны не законность брака, а первенство крови и чистота магии. Мой брат – самый старший из детей Сатарфа. Первенец. А это важно для Теней. Отец был готов признать его и наделить всеми правами, но Тьма не смогла благословить Ирека и подарить ему Истинную, или Отраженную, тень.
– Истинную? Объясните мне разницу, я запуталась с этими вашими тенями, – взмолилась я.
Дьяр мученически вздохнул, но снизошел:
– Вообще-то об этом знают немногие, но ты, как моя ками-рани, входишь в круг избранных. Кланы серых, вечерних, ночных и даже утренних теней – это демоны, наделенные особой теневой магией. Тень в данном случае – обозначение их способности становиться для простого глаза невидимыми в самой обычной тени, отбрасываемой любым предметом на свету. Такие демоны могут ходить теневыми дорогами. Я тоже могу, естественно, ведь я их повелитель. А вот Отраженная тень, или Истинная, имеет в принципе другой характер. Это отражение моей сущности во Тьме, магическое второе тело.
– Еще одна боевая ипостась?
Сколько же их у него? Урожденная синеглазая, боевая демоническая, чудовищная на Троне, а теперь еще Отраженная! А не многовато для одного существа?
– Можно и так сказать, – кивнул Дьяр. – Но, в отличие от полностью физической боевой ипостаси, магическое тело полуматериально и, как любое отражение, не является вместилищем души. Ты же не можешь стать собственным отражением в зеркале, собственной копией. Но на этом сходство заканчивается, потому что все-таки отражение – магическое. Я могу управлять этим вторым телом, отправлять его в любое место по теневой дороге или спрятаться внутри, как в магическом доспехе. Рана, нанесенная магическому телу, абсолютно безвредна для физического. И наоборот. Такой особенностью обладает только правящая династия. Те, кого благословила Тьма. Кроме меня – это мой отец и сестра. Потому мой отец смог выжить и спастись, когда его убивали кинжалами Ошсах.
«А вот об этом даже богиня Лойт не знала, иначе сказала бы», – прикусила я губу. И должна ли она узнать? Вот в чем вопрос.
– То есть это ваша четвертая ипостась? Кроме боевой и тронной?
– Да. Кстати, то, что ты назвала «тронной» – высший боевой облик владык и одинаков для всех повелителей Темного Трона. Он аккумулирует силу тринадцати Великих Теней.
То есть теперь Дьяр теоретически сильнейшее существо в мире? Ого. Впрочем, Сатарфу всё его могущество мало помогло против предательства и коварства. Судя по помрачневшему лицу Дьяра, его посетили те же мысли.
– А почему Тьма не смогла дать Отраженную тень Иреку? – спросила я.
– Попроси его как-нибудь показать крылья, поймешь, – уклонился он от ответа. – Иди к себе, Лика. Мне надо побыть одному.
– К себе – это куда? В Башню трех принцесс?
– В башню. Теперь можно. До вечера. Горгульи по тебе соскучились. Только пообещай ни в какие авантюры не ввязываться.
– Не могу обещать, но постараюсь.
