– Да? Ну, может, тогда я зафутболю твоим фамильяром-союзником вон в ту люстру, и будем считать половину твоего долга списанным? – предложила Василиса и засмеялась, ее подруги подхватили ее смех.
Прежде чем я успела послать Василису в самый дальний лес в пешее путешествие, Рыся шагнула вперед. Мне показалось, в размере она немного увеличилась, глаза загорелись желтоватым светом, а хвост у основания утолщился, из-за чего она стала похожа на белого призрачного дракона.
Кошка дернула самым его кончиком и произнесла буднично:
– Сударыня, если вы позволите себе такую вопиющую невоспитанность, ночью я задушу вас в вашей же постели. Заметьте, поскольку я почила, за это мне совершенно ничего не будет.
От заявления Рыси остолбенели не только Василиса и ее подружки, но и мы с Беляной. То, с каким равнодушием моя кошка сообщила такую жуткую перспективу своей потенциальной обидчице, вызвало у меня глубокое уважение и легкую дрожь в коленях.
Первой в себя пришла Василиса. Она тряхнула копной медовых волос и бросила:
– Превеликий Сварог, угомони своего союзника.
Я пожала плечами.
– Это ты первая начала.
Глаза Василисы прищурились, а губы растянулись в хищной улыбке, она проговорила:
– О, милочка, я еще ничего не начала. Но, мне кажется, начать мне все-таки придется. Потому что нормально ты не понимаешь.
– Нормально – это пытаться меня спалить магией, а потом вымогать куны? – уточнила я.
Василиса сложила руки на груди, взгляд устремился на парящую под потолком люстру, она вздохнула и произнесла философски:
– Понимаешь… эм… Как тебя там?
– Есения.
– Есения? Я не запомню. Будешь курицей. Так вот, курица, люди делятся на два типа: сильные и слабые. И слабые должны удовлетворять потребности сильных, иначе слабым не выжить. Ты, дорогуша, очевидно, относишься именно к ним.
Внутри меня медленно, но неустанно начинал кипеть котел. Варева и пара в нем так много, что он уже стучит крышкой и готов взорваться, а результаты этого взрыва я предсказать не могла, поскольку со способностями своими я не знакома. Так что я продолжала стоять и, не отрывая взгляда, смотреть на Василису, чувствуя, как под линзами начинают гореть глаза то ли от слез, то ли еще от чего-то.
Василиса непринужденно продолжала:
– Ты, конечно, спросишь, почему я просто не оставлю тебя в покое. Но ты ведь понимаешь, что силу постоянно нужно подтверждать. Что обо мне подумают подруги, если я спущу с рук то, что ты себе вчера позволила? Нет, я не могу этого допустить, так что…
Ее взгляд опустился в сторону коридора, и ехидная улыбка тут же угасла, а речь замедлилась и в итоге затихла. Мы с Рысей и Беляной разом оглянулись, и меня обдало морозом, когда взгляд напоролся на группу из трех студентов, которых мы видели сперва в малом фойе в жилом корпусе, а потом в столовке.
Они вышли из боковой арки, брюнет и брюнетка идут по краям, а в центре парень с косой-колосом. Все трое с неподвижными выражениями лиц целенаправленно движутся к доске расписания. И, судя по тому, как побледнела Василиса, нам стоит отсюда поскорее убраться.
Вшестером мы попятились. Беляна так таращилась на троицу, что зацепилась плечом за угол стенда, рукав с треском разошелся, и на углу остался висеть лоскут от него.
– Страшно-то как, – прошептала Беля, косясь на разорванный рукав.
Когда троица оказалась у стенда, мы отошли от него по диагонали к стене. Брюнет бросил на меня короткий взгляд, и меня окатило ознобом, но на его лице не двинулся ни один мускул. Вместе с брюнеткой он принялся изучать расписание. Блондин с косой-колосом тоже на меня покосился и аккуратно снял с края лоскут от блузки Беляны, убрав его в карман. К этому моменту я уже не чувствовала ног, а голова гудела, как пчелиный рой. Рот онемел, но я нашла в себе силы шепнуть:
– Да кто это такие?
Василиса, которая со своими подружками стояла неподалеку и терпеливо ждала, когда троица закончит дела и уйдет, одарила меня пренебрежительным взглядом и хмыкнула.
– Деточка, с этими тебе лучше не пересекаться никогда в жизни и, если есть возможность исчезнуть с их пути, делай это, не задумываясь. Мои наказания для тебя покажутся волшебным нектаром по сравнению с тем, что могут обрушить на тебя они.
– П-почему?
– Чернявые – это Лютояр Вяз и Лютолика Осинница. А блондин – Драган Змеевик, – бросила Василиса.
– И чего от них такой жутью веет… – выдохнула я, не сводя с них испуганного взгляда.
Несмеянова фыркнула:
– Они с факультета Нави, дуреха.
Мой взгляд застыл на белоснежной косе-колосе Драгана Змеевика, не осталось даже сил моргнуть. Глаза заболели, но я продолжала таращиться, и в какой-то момент стало казаться, что это уже не коса, а натуральная белая змея, которая извивается на голове навника. Окружающие его предметы потеряли четкость, расплылись в мутные пятна, лишь змея превратилась в светящуюся тропу и несется в темную бездну, маня меня за собой. Глаза зачесались, возникло нестерпимое желание снять линзы, чтобы лучше видеть, куда зовет меня тропа. Пришлось сжать кулаки и впиться ногтями в ладони, чтобы удержаться.
– Как красиво… – прошептала я.
