Ева и Рен вошли внутрь огромного здания и оказались в большом светлом холле с окнами на всю стену. Рядом со входом стояли многочисленные ящички со сменной обувью. Ева принялась переобуваться, продолжая с интересом поглядывать по сторонам. Вдоль стен стояли уютные диванчики и прочие приспособления для удобного сидения. Например, то, что Ева первоначально приняла за шкаф с двумя большими полками, на самом деле оказался такой двухъярусный диван с мягкими подушечками. И судя по тому, как этот диван-шкаф облепили студенты, весело и непринужденно что-то обсуждая между собой, он пользовался большой популярностью среди них. Таких любопытных сидений было здесь много и все они расположились в холле так, что можно было спокойно сидеть на них и не мешать в проходах, если вокруг дивана собиралась большая группа людей. Ева, переобувшись, последовала по холлу за Реном. По помещению ходили туда-сюда различные студенты, другие сидели на мягкой мебели, кое-где слышался смех, да и в целом было довольно шумно. В общем, жизнь в Академии кипела, как и в любой другой школе. А Ева наивно предполагала, что в таком уважаемом и престижном заведении учащиеся будут вести себя потише.
Рен вывел Еву на широкую лестницу и начал подниматься наверх. На стене вдоль ступенек висело множество картин, изображающих как пейзажи, так и портреты каких-то людей. Причем, картины были не только нарисованные, имелись также и фотографии в красивых деревянных рамках. Рен между делом указал, что здесь висят лучшие работы студентов за все существование Академии. Ева посмотрела на приличное пустое место на стене и подумала, что или тут учатся люди, полные бездари в искусстве, поэтому так мало картин было на стене, или Академия отбирает лучшие работы по очень жестким критериям. И скорее всего имел место быть именно второй вариант. Девушка сомневалась, что среди такого большого количества учащихся было так мало талантливых в рисовании и фотографировании людей.
Рен продолжал невозмутимо подниматься наверх, Ева послушно следовала за ним. Рядом с ними по лестнице спускались другие студенты в черных и серых униформах. Ева заметила, что некоторые из них бросали на нее неуютные, а иногда и откровенно презрительные взгляды, но основная масса встреченных людей смотрели на девушку без неприязни, но и без симпатии. Ева вспомнила рассказ Рена о его друге, которого из-за ложного обвинения теперь боится или недолюбливает большая часть учащихся Академии. Скорее всего, Рен тоже попал в их список, потому что дружил с Августом, но хотя бы не все смотрели на него враждебно.
Рен и Ева долго поднимались вверх по ступенькам, девушка, будь она в своем теле, давно бы испустила дух где-то еще в начале их восхождения, но тело Рена, похоже, было к такому привычно, ибо когда они поднялись на последний этаж, Ева не чувствовала себя выдохшейся, лишь слегка уставшей. И хоть они, по сути, поднялись на третий этаж Академии, складывалось впечатление, что они прошли все девять этажей и это не принимая во внимание еще и то, что приходилось петлять по коридорам, затем снова идти по лестнице, снова в коридор и так далее. Будь Ева одна, она давно бы уже заблудилась, но к ее удивлению, Рен довольно хорошо ориентировался в стенах Академии. На последнем этаже с сужающимся потолком в сторону окон Рен провел Еву едва ли не до самого конца коридора к предпоследней комнате и указал на серую дверь.
— Здесь моя комната, — сказал он и добавил, что ключи от нее находятся у Евы в сумке. Девушка проверила один из боковых кармашков, достала оттуда связку из двух ключей, которые крепились к переплетенной между собой тонкой веревочкой, а затем открыла дверь и вошла внутрь. Комната оказалась очень маленькой, но светлой, благодаря вытянутому окну на противоположной от двери входа. Комната вмещала в себя только узкую кровать, как раз у стены с окном, небольшой письменный стол с полочками над ним и простецким стулом, задвинутым под столешницу, а у кровати стоял худенький шкаф для вещей. Стены были синеватого оттенка, как поняла Ева, остальная же мебель была выполнена из светлого дерева. Пол покрывали темные доски, а сверху на них разлегся довольно симпатичный ковер. Ева застыла посреди комнаты в нерешительности, оглядывая все пространство сразу. Рен усмехнулся и прошел мимо нее до кровати, после чего опустился на нее, не издав ни одного скрипа вопреки ожиданиям Евы.
— Это, конечно, не моя спальня в поместье, но хватает для того, чтобы спать или выполнять письменные задания, — произнес он и указал рукой на стол в углу, — Хотя чаще всего я там придумываю новые техно.
— А здесь вполне уютно, — сказала Ева и, скинув сумку на стул, присела рядом с Реном на кровать.
— Подожди, пока в комнате не будет хотя бы двое человек, — усмехнулся Рен, — Сразу станет тесновато.
— Нас сейчас двое, — заметила Ева, — Но в комнате по-прежнему уютно.
— Тогда подожди, когда будет трое.
