— То, что я тебе скажу, не знает никто, кроме совета Верховных. Это останется между нами, ты поняла? — он угрожающе посмотрел на меня в упор, и я кивнула, хотя не уверена, что смогу скрыть все это от Адриана и друзей. Что я им вообще скажу? Он отпустил меня, и не рассказал все декану, потому что стал немым от шока, после того, что увидел в моей голове?
— Мне сложно будет объяснить остальным… — я осторожно попыталась напомнить ему, что есть еще трое соучастников, которые в курсе и точно будут меня допытывать.
— Скажешь, что за твои заслуги мы тебя простили, оставив все в прошлом. Никто из вас ничего плохого не сделал, однако нарушения были допущены и наказание непременно последовало бы, если бы не нынешнее положение дел. Мы на пороге войны, сейчас нужно думать о том, как ее предотвратить, а не как наказать непослушных студентов.
А в его словах ведь был смысл.
— Хорошо.
— Что ты знаешь о Верховных, Эриан? — он сложил руки за спину и пошел вдоль комнаты, направляясь в самый ее конец, где на высоком алтаре лежала огромная, толстая книга.
— Немного. Только то, что рассказывал мне… — Иллай. Снова болезненные воспоминания стреляли прямо в спину, куда моим братом был воткнут нож.
— Значит, ты, как и все, ничего о нас не знаешь — его ответ удивил меня. Да, я знаю очень мало, но не прячут же они какой-нибудь святой Грааль, дающий бессмертие? — Верховные наделены силой, мощь которой ни с чем не сравнится. Мы благословлены богами, это трудно объяснить…мы видим то, что не могут другие и знаем то, чего не знают другие. Нам доступно все. Я чувствую тебя, хоть у тебя нет ауры. Вижу твое прошлое и могу выстроить будущее. Это конечно не дар ясновидения, это скорее…построение логически возможного исхода.
Мы дошли до той самой книги. Верховный открыл ее и начал листать страницы.
— Читай — он указал на абзац. Это была единственная надпись на странице.
«Когда тьма накроет Свет,
Не удастся нам уйти
Спасение — дева юных лет,
Что круг сомкнет на девяти»
— Я считаю, что это пророчество о тебе.
Не прошло и полчаса, как я вздохнула с облегчением после проверки…и вот его слова снова заставили меня паниковать.
— С чего вы взяли, что речь обо мне? И что за круг, который нужно сомкнуть, да еще и на девяти? Вы поэтому никому ничего не сказали, да? Потому что считаете, что я
— Я не могу назвать даже одного студента, который сравнился бы с тобой по силе. Да, тебе не хватает опыта и знаний, но магический потенциал у тебя огромный. Представь, чего ты достигнешь, когда закончишь Академию? — он остановился на несколько секунд, наблюдая за мной, затем продолжил — Ты особенная Эриан. Ты не действуешь по шаблону. Скажи мне, как ты поняла, что руну можно нанести на тело?
И это он знает. Ну конечно…
— Я…просто подумала: а почему нет? — этот эксперимент чуть не стоил мне жизни.
— Вот и я о том же.
— Но она чуть меня не убила! Какой смысл в том, что не работает? — кажется, я уже ничего не понимаю. То ли от избытка информации, то ли мозги отшибло на балу. Верховный же усмехнулся.
— Заклинание, что использовал Даат, было усилено руной, противоположной твоей. Я почувствовал идентичную энергию, витающую вокруг тебя, когда вернулся в Академию. После того, как ты отбилась в лесу его же руной, он, по-видимому, нашел способ предотвратить это в будущем. Но он не учел, что ты слишком сильна и сделала руну на теле. Если бы она была на одежде, ты бы не выжила. И если бы он использовал обычное смертельное заклинание, ты бы с легкостью выставила защиту и осталась полна сил.
— Но почему я? Вы Верховные, вам под силу
— Эриан, так гласит пророчество. Мы не знаем, что будет дальше и почему именно ты. Что касается смысла пророчества…ты должна сама в этом разобраться — он положил руку мне на плечо и развернул к выходу.
Глава 15
Я была рада вернуться на занятия. Многие студенты стали здороваться со мной, хотя я их совсем не знаю, и преподаватели смотрели на меня по-другому. После спасения декана отношение поменялось. Да и тот факт, что я выжила после смертельного заклинания, для всех тоже стало большим потрясением.
Дни проходили, как в тумане…ночами я плохо спала. Мне снился Иллай…он пытался дотянуться до меня, протягивая руки, в надежде, что я возьму и спасу его…но…я просто стояла. Стояла и смотрела на его бледное от ужаса лицо.
Пришлось написать матери, что Иллай находится в других землях, и не сможет посылать весточки какое-то время. Я врала. Врала матери. Друзьям. И себе…
Пророчество — еще одна причина моего беспокойства. Хотя если бы мне не пришлось ломать голову над его разгадкой, я бы, скорее всего, просто сошла с ума или утонула бы в собственных слезах.