Я молча кивнул, и неожиданно для себя широко улыбнулся. Серьёзное лицо ректора и многозначительно поднятый вверх палец неожиданно вызвали приступ смеха.
– Истерика? – неодобрительно спросил ректор.
– Нервы, – коротко ответил, понимая, что он не так уж далёк от правды. А чем ещё объяснить состояние странной эйфории? Похоже, выработанный годами рефлекс, который позволял оставаться спокойным, глядя в лицо смерти, дал сбой. Ладно, спишем и это на усталость. Надо бы послушать Райда и свалить на него больше обязанностей.
– Так. Иди, отдыхай. Даю два дня. Эллэ пока и без тебя прекрасно справится, а ты… Отправляйся куда-нибудь. К себе в поместье, или к океану. Отдохни. Отключись от забот. Приди к согласию со своим зверем, или просто оторвись с девочками на худой конец. Короче, прими меры, чтобы больше подобного не повторилось, особенно когда тут студенты.
– Ханимус, моя личная жизнь вас не касается, – ушёл я от набившей оскомину темы.
И чего все считают, что такой как я, вообще, один спать не должен? Вот тогда-то я точно не смог бы высыпаться как следует.
– Ладно. Через полчаса я произношу приветственную речь для студентов.
Я кивнул и вышел. Представив, как Ханимус, матерясь, натягивает ненавистный традиционный балахон верховного друида, я чуть снова не заржал. Пожалуй, и правда не помешает сменить обстановку.
Поднимаясь по лестнице, вдруг понял, что вхожу в ветвь на «земляничном» ярусе и замер. Ничего себе перепутал! И все же, прежде чем уйти, постоял несколько мгновений в надежде увидеть хрупкую фигурку. В коридоре суетились какие-то девчонки, но среди них не было никого похожего на Оэльрио. Заметив меня, одна толкнула другую, и обе состроили мне глазки. Я привычно подмигнул в ответ и пошёл своей дорогой.
Ну и зачем?
О том, какое действие произвожу на молоденьких студенток, я и так знал. Преподавая здесь «искусство оборота» третий год подряд, я постоянно подвергался их умелым и не очень атакам. Правда, спустя некоторое время они убеждались, что Верд Аллакири недосягаем, и отставали. Хотя встречались и довольно настойчивые экземпляры.
По этому поводу надо мной даже ребята, порой, подтрунивают. Говорят, что на моём месте просто грех не пользоваться ситуацией.
Эта мысль навела на другую.
Раз нас тут оставляют надолго, пожалуй, стоит своим подчинённым сделать внушение, чтобы держали себя в руках. А что касается меня… Я просто не умею прощать предательства, а потому не хочу больше никого подпускать близко. Чтобы не привязаться. Чтобы не узнать слишком хорошо и снова не испытать подобного.
Этого не выдержим мы оба. Ни я, ни мой зверь…
Понял, что замер на лестнице, и студенты вынуждены меня огибать. Да, Верд, и правда пора взять паузу, таким рассеянным в Чаще делать нечего.
Я быстро поднялся и повернул в свою ветвь. Пока шёл, вызвал Элле и рассказал ему о нашем новом назначении. Тот обрадовался, и отпустил на эту тему пару шуток. Нет. И правда, стоит провести беседу с ребятами, во избежание, так сказать… Об отдыхе пока упоминать не стал, так как ничего толком не решил. Нужно заново распределить обязанности, затребовать ещё людей из нашего подразделения, убедиться, что все спокойно…
С этими мыслями прилёг на минутку и не заметил, как вырубился. Проспал я до самого вечера, пока меня не разбудил тревожный сигнал…
– Ты вовремя, – старший собеседник повернулся к только что вошедшему.
Тот аккуратно прикрыл за собой дверь и только тогда ответил:
– Я выбирал удобный момент. Вокруг столько суеты… Удивлён, что ты меня вызвал так скоро, ещё даже не начались занятия.
– Появился новый образец… Нужно испытать его как можно быстрее.
От молодого собеседника не укрылось лёгкое возбуждение в голосе говорящего. Он криво усмехнулся:
– Что, настолько уникален?
– Полагаю, ничего подобного у нас ещё не было.
– Вот как? – глаза молодого собеседника сузились в предвкушении.
– Будь осторожен, – ответил старший с нажимом. – Когда сможешь все устроить?
– Постараюсь сегодня вечером.
– Прекрасно.
Тот что постарше протянул плоскую металлическую коробочку, которая удобно и привычно уместилась в кармане форменного пиджака. Кивнув на прощание, молодой собеседник вышел и вскоре незаметно влился в поток студентов. А через несколько минут над заполненной людьми площадью раздался усиленный установками сияющих голос ректора.
Выбравшись из Древа, мы очутились в плотной толпе студентов. Бритая голова Кэсси возвышалась над остальными, потому он шёл в авангарде, люди расступались перед его внушительной фигурой. Взявшись за руки, мы с девочками образовали цепочку, чтобы не растеряться, немного побродили пока, наконец, не выбрали местечко откуда было неплохо видно сцену.
– Эй, Пёс! – мы все обернулись на оклик
В пробирающемся в нашу сторону парне, я узнала Парами и почему-то обрадовалась. После недавних событий я испытывала невольную симпатию ко всем ребятам, с кем вместе пытались спасти Шардо и готовились умереть. Каждый тогда показал, чего стоит. Куда там обычному экзамену.
