Академия Высшего света [СИ] полностью

— Иия, погляди, сегодня последний день вступительных экзаменов в академию Высшего света. — Тера откусила кусочек от пирожка и указала в сторону большой яркой вывески на стене дома.

— Ага, прямо так и поверила, что они берут туда всех желающих. — Отмахнулась я. — Лучше давай в лавку сапожника заглянем. А то я в эту проклятую отработку свою последнюю обувку из-за Грегора убила.

Нет, ну где это видано, за подкинутого в женскую душевую ужика на болота отправлять?! За поиском лечебных трав! Да где я, а где знания в травничестве?

Видимо, потому никто особо и не удивился, когда я им полное лукошко болотных поганок приволокла. Ну хоть запрет на выход в город не выдали, и на том спасибо. А то я бы так и куковала в приюте, пока Тера наслаждалась последними теплыми летними деньками.

— У тебя денег-то на столичного сапожника хватит? — с сомнением протянула Тера. — Может, лучше приезжего дождаться?

К нам раз в сезон заезжали купцы из маленьких городов по договоренности с директором приюта. Там-то и можно было закупиться всем необходимым, потому что казенные вещи не всегда грели и душу, и тело.

— Должно, — пробормотала я, опустив глаза вниз.

Сегодня я надела туфли на плоской подошве. Но и они уже давно планировали развалиться. Я только и успевала, что спертым у завхоза магическим клеем подошву подклеивать.

А про сапоги вообще молчу. После болотных топей ими только от противной Рилки отмахиваться. Или как экспонат на занятиях по географии выставлять.

Мол, вот что бывает, если вы не туда забрели.

— Может, лучше в академию заглянем? — не унималась Тера. Ее карие глаза горели предвкушением. — А что, если в нас дремлет магическая сила, которую только и стоит, что разбудить?

— Тер, ну какая магическая сила. Она себя в детстве проявляет, в юношестве появляется полностью, а к восемнадцати раскрывается вовсю. Тебе сколько?

— Девятнадцать. — Сникла подружка, поправляя черную косу.

— А мне восемнадцать будет через два дня, — хмыкнула в ответ. — И что-то ни у тебя, ни у меня магических талантов как-то заметно не было.

— Мне через год выходить из приюта. — Вздохнула она. — Если бы не директор, выперли бы меня еще год назад. Кому выгодно кормить такую дылду?

— Ты на кухне подрабатываешь, — напомнила я. — Да и с детворой сидишь.

— Потому-то и не выгнали, — фыркнула она. — Если бы не это, давно бы уже побиралась по столичным улицам.

— Не прибедняйся, Тер. У тебя столько умений, что нашла бы работу. А вот что мне делать… я ж за что ни возьмусь, все порчу или ломаю. Может, к ведьме какой сходить? Вдруг на мне проклятье?

— Еще скажи, что его на тебя Рилка наложила, — со смешком произнесла подруга.

— А я не удивлюсь! После того как ее трижды чуть не прибило шкафом в их комнате, она точно на меня думает!

— А нечего было глазки ее парню строить.

— Да кто там что строил?! — возмутилась я, резко остановившись посреди дороги. — Он у меня спрашивал о домашнем задании! Тера, ну ты-то мне хоть поверь!

— Половина приюта засматривается на этого красавчика. И то, половина только потому, что остальная часть мужская. А про домашнее он спросил именно у тебя, Иия?

— Ну правда, — выдохнула я, чувствуя, как просыпается горячая обида на лучшую подругу. — Тролль его знает, почему именно у меня!

— Вон твой сапожник, — резко сменила тему Тера, явно не желая со мной ссориться. — Идешь?

— Иду, — буркнула я, поворачиваясь к большой деревянной вывеске на двухэтажном каменном доме. — Ты подождешь?

— Нет, сбегу, — хохотнула она. — Иди давай, нам надо до темноты вернуться.

Я взбежала по широким ступеням на крыльцо, толкнула тяжелую деревянную дверь и оказалась в сказке. Буквально.

Широкие полки вдоль стен проседали от количества и разнообразия обуви. Чего тут только ни было! И туфли на каблучке, и сапожки по колено, и ботиночки на шнуровке. Да и шнурки такие, посеребренные, что аж дух захватывает!

— Вам что-то подсказать?

От разглядывания меня отвлек невысокий мужчина с бородой и в круглых очках. Он неспешно спускался по лестнице на первый этаж, где, собственно говоря, и расположилась лавка.

— Здравствуйте, — я отступила в сторону от заинтересовавшей меня пары. — Мне бы сапожки на зиму. Недорогие.

Летом проще купить такую обувь. Хотя денег жаль, жуть!

— Приютская? — с первого взгляда определил сапожник. — Прости, девонька, но тебе моя обувь будет не по карману.

— Ничегошеньки? — Скуксила я мордочку. — У меня есть деньги. Немного, но я копила с того, что приютским каждый месяц выдают.

Блин, как же неприятно попадать в такие ситуации. А все потому, что приютских на работу берут неохотно. Особенно, когда еще не выпустился. Требуется разрешение директора, а после вообще вечные проверки и докапывания. Если кому и удавалось подработать неофициально, им часто не платили. Я и сама так несколько раз попала. А в последнее время работы вообще нет. Хоть волком вой, даже в мастерскую прядильщиц не берут. Хотя там всегда места были!

— Увы, девонька. — Развел руками сапожник. — Самые дешевые сапоги на тебя десять золотых стоят.